Дед Мазай встретил приглашение от незнакомого клуба с иронией, но неожиданная встреча в январе заставила его задуматься о серьезности этих людей. Встреча с "Молнии" стала первым шагом к тому, что превратит жизнь Мазая и многих других в непредсказуемое путешествие через мир подлинного заговора....
Личного друга Диктатора настигла та же участь…
Глеб тут же, на дороге, бросил на землю последний оставшийся огнемет, закинул автомат за спину и ушел в горы.
Оставаться в Чечне больше было не за чем…
О том, кто совершил акт возмездия, мог знать всего один человек на свете — Миротворец. И то, не знать, а всего лишь догадываться.
И молчать до конца своих дней.
Впервые их свела судьба летом девяносто второго, в тот самый год, когда Глеб встретил Мариту. Явившись в Приднестровье, Миротворец и в самом деле установил мир, видом своим и тяжелой, жлобоватой решимостью до полусмерти испугав «румын».
Как бы там ни было, но в кругах оперативного состава ГРУ, и, в частности, «Молнии», он получил это горделивое прозвище.
Едва на всех «фронтах», направлениях и позициях прекратились боевые действия, Миротворец пригласил к себе командира группы «Щит», сформированной в «Молнии» специально для Приднестровья, — спасали объекты оборонной промышленности от диверсий и артобстрелов. Обязанности командира тогда исполнял начальник штаба Глеб Головеров, одновременно будучи старшим в антиснайперской команде и собственно снайпером, рядовым бойцом.
Он явился к Миротворцу в грязном, окровавленном на плече камуфляже — том же, в котором ползал по теплотрассам, небритый, с мятым от короткого и мутного сна лицом.
— Вверенной мне властью приказываю вывести группу «Щит» с территории Приднестровской республики, — пробасил он. — Объекты возьму под свою охрану.
