В Горчакове непривычная тишина окутывает строительную площадку. Сигаретные дымки и молчащие механизмы создают необъяснимую атмосферу тревоги. Когда комиссия прибывает, кажется, что время застыло, и в эти минуты решается судьба строительства.
"
"На компьютере мигал значок о получении письма по электронной почте. Гуров открыл ее и посмотрел. Шесть писем. Судя по адресу, отделение полиции Горчакова. Оказалось, что это данные на машины и их владельцев. Машины, оставленные без присмотра. Хозяина найти в соседних домах или учреждениях и фирмах не удалось. Потенциально они могли оказаться брошенными машинами погибшего человека.
Копыто! Гуров привычным движением почесал бровь и снова попытался подобрать в голове варианты фамилий с «копыто». Даже навскидку набирались десятки вариантов.
Снова зазвонил мобильник. Гуров не глядя нашарил аппарат и поднес к уху.
– Да?
– Лев Иванович, это Бойцов!
– Да.
– Подарок.
– В смысле? – Гуров недоуменно нахмурился. – Не понял. Ты о чем, Сашка?
– О подарке, который мы вам приготовили. Сейчас вам данные отправляют, но я решил позвонить и обрадовать. Машина «Рено Колеос», номерной знак 234, зарегистрирована в МРЭО ГИБДД города Москвы на имя Копытина Геннадия Васильевича. Там по электронке вам придет и его фотография из МРЭО.
– Ты ее видел, Саша? Похож? Это он?
– Он, Лев Иванович, я уверен. Это наш жмурик из Горчакова.
– Саша! – Голос Гурова стал строгим. – Если ты хочешь стать настоящим сыщиком, хорошим сыщиком, то никогда не опускайся до такого цинизма. Он не жмурик, он человек. Понимаешь? Каким он стал и почему он таким стал, не нам судить, мы всего из его жизни не знаем. Но он родился от матери, родился человеком, как и все. Просто у него судьба такая.
– Простите, Лев Иванович, – ответил в трубке голос Бойцова. – Я больше не буду. Вы правы, цинизм это. И попытка подражать старшим товарищам, только не тем, кому следует подражать в этих вопросах.
– Вот именно.
Через два часа Гурову позвонил один из оперативников МУРа, который ездил в мастерскую Ганьшина и предъявлял для опознания фотографию Копытина. Мастер уверенно признал в нем своего приятеля молодых лет Генку Копытина по прозвищу Копыто. Примерно в это же время наряд полиции уже стоял у двери квартиры Копытина на Большой Грузинской улице. Дверь на звонки не открывали.
