Автор
В свете дождливого утра в суетящем городе мешались проблески лунного света и темнота. Стоявший уже почти час разговор между друзьями напоминал настоящий кошмар, пока неожиданно один из них не решительно призывал к бегству, заставив другого выругаться. В этом суматохе и заканчивались долгие встречи после шумных вечеринок, где было всегда скучно вдвоем.
А тут новость такая — Агния сбежала от Антона! Даже немного весело! А если учесть, что она — миллионерша, то сразу возникает вопрос, на хрена ей нянькой подрабатывать? У нее у самой денег столько, что хватить десяти нянькам платить!
— Так, а почему же тогда Агния с Аликом сидела? Только не говори, что она просто детей любит!
— Ну, она, кстати, любит детей — педуниверситет закончила в прошлом году, хочет в школу пойти работать. Но дело не в этом. Дело в том, что она — единственная наследница империи Минцевич. Отец Агнии, был убит какими-то бандитами давно, лет десять назад. Мать зимой скончалась при достаточно странных обстоятельствах. Осталась Агния и… отчим! Так вот отчим её хочет оттяпать часть наследства!
— А он официально на матери Агнии был женат?
— Был. Но Галина Николаевна завещание составила, где на дочку оформила все имущество.
— Ну, и чего переживать тогда — поиграла девочка в дочки-матери, да и домой уехала!
— Да ты же главного не знаешь! Отчим жениться на Агнии хочет, и сделать это ему нужно до конца лета — чтобы она не успела в права наследования вступить. Я тонкостей всех не знаю, может там в завещании какая-то оговорка или по закону что-то ему положено будет, если так сделать, но…
— Агния, естественно, не хочет за него замуж?
— Естественно! И как ты догадался? — язвит Вероника. — Он старый, злой и страшный! А еще вечно всем недоволен и обожает закатывать истерики!
— Ты так смотришь… Меня с ним, что ли, сравниваешь? — с подозрением смотрю на девушку я.
— О, нет! Ты хуже! Ты вообще отвратителен! Ты невыносим! Ты ужасен! Но я все равно тебя люблю…
Сказала. Словно гранату взорвала в палате. Оглушила. Ослепила своим признанием. А сама вскочила со стула. Обернулась, испуганно взглянув на меня, и выбежала прочь из палаты.
А я, удивленный, ошарашенный, лежал, потому как, на другое не был способен, и оторопело думал, что знаю теперь, почему она меня терпит, и… впервые за последние две недели, улыбался…
Вероника
В палату смогла вернуться только через час после нашего с Захаром разговора. Идти не хотелось. Представлялось, как теперь он будет надо мною издеваться, как говорить будет, что гордости у меня нет и так далее, обычные свои оскорбления.
По губам себя била. За волосы тянула — от досады стараясь причинить себе боль.
