В тихой деревенской семье родня дочери — единственная неповторимая тетка, всегда радостная и жизнерадостная, даже если из-за ушибленных очков вынуждена остается дома. Но сегодня очередной удар судьбы: разбитое стекло в очках вызывает странный интерес в глазах ее внучки, а тетка решительно готова дать бой недоразумению, оставаясь верной своей упрямой натуры....
Если бы шустрая девица следила за ней – она держалась бы более скрытно, не попалась бы ей на глаза. И потом, Надежда тут в таком виде, как ее узнаешь? Нет, у девицы здесь наверняка какое-то другое задание. Только вот кто ей его дал, если шефа отравил тот лысый? И сам лысый тоже небось в больнице в тяжелом состоянии.
Тут Надежда Николаевна, в общем, женщина незлая, ощутила небывалое удовлетворение, вспомнив про аварию и про Тузика.
Надежда отступила за колонну, чтобы не попасться на глаза этой девице.
Если бы Надежда Николаевна умела читать по губам, она услышала бы, как Щука вполголоса говорит:
– Шеф, я посмотрела фильм… да, там, несомненно, присутствует Куркина. Она, конечно, молодая, но узнать вполне можно. Но я узнала там не только ее… Кого еще? Вы мне не поверите! Нет, это не телефонный разговор, но уверяю вас – это очень серьезно, так что нам срочно нужно встретиться!
Очевидно, на том конце ей отдали какой-то строгий приказ, потому что девица сжала зубы и сказала тихо: «Слушаюсь!» Потом убрала телефон в синюю сумочку и взяла с подноса наголо бритой официантки бокал с шампанским, чтобы не выглядеть слишком озабоченной.
"Надежда так внимательно следила за знакомой девицей, что утратила бдительность и не заметила, как к ней подошел Лев, знакомый Игоря. Тряхнув роскошной седой гривой, Лев уставился на нее и неуверенно проговорил:
– Лида, это ты, что ли? Хорошо выглядишь!
– Вы обознались, я вовсе не Лида! – пробормотала Надежда и попыталась затеряться в толпе.
– Но ведь мы знакомы, да? Определенно знакомы! Мы ведь с вами где-то встречались!
– Что-то не припоминаю! – фыркнула Надежда, пытаясь вырваться.
– Да точно говорю – встречались! У меня прекрасная память на лица, если я кого-то видел хоть раз – ни за что не забуду! Вы были в девяносто втором на венецианском биеннале?
– Нет, не была! – отрезала Надежда.
