В дымчатом мраке особняка, где собрались бывшие друзья-коллеги по несчастью, воздух наполнили непонятные шепоты и тихие хохоты. Каждый словно привязан к своему прошлому, но сейчас они вместе отрекаются от его страшилок. Здесь царит неземная атмосфера изнурительной тревоги и неумолимого желания выжить в мире безликих лиц и бесчестных игр....
— Держите, чтобы не упало!
Солдаты подставили ноги и руки, подпирая бревно и поочередно посматривая вниз, на проем двери, потому что бандиты могли ворваться в любой момент. Но бандиты тоже осторожничали. И напролом не лезли. Видимо, мало обкурились. Я времени не терял. Забираться по бревну без ступенек было нелегко. Но все же я забрался, быстро перебежал по бревну перекрытия оставшиеся два метра до стены и выглянул за стену. И сразу же в стену рядом со мной ударили пули, заставившие меня пригнуться. Засвистели пули и над головой.
Мне такое поведение бандитов показалось странным, и предположить я мог только одно… Но для подтверждения мне требовалось снова высунуться над стеной. Впрочем, это было вовсе не обязательно.
— Варламов, отпусти бревно. Посмотри, что там впереди делается… — приказал я рядовому.
Костя подскочил к окну, выглянул:
— Наши идут.
Мое подозрение подтвердилось. Приближался мой взвод, и бандиты первыми увидели его. У них было два варианта поведения. Первый — резко штурмом захватить башню, чтобы обороняться уже из нее. Второй — отойти в сторону и найти там подходящие природные укрепления. Первый вариант был слишком опасным. Засевшие в башне умели отстреливаться, и бандиты это уже оценили. Даже одурманенные головы понимали при этом, что при захвате башни они понесут потери.
Говоря честно, я бы тоже не стал запираться в башне, если бы знал, что мне предстоит вести бой. Я же предполагал, что буду выслеживать Икрамова, который, не сумев дозвониться, пешим стариковским ходом двинется в сторону базы Рифатова. Превращать башню в крепость я был просто вынужден.
Спускаться по бревну оказалось ничуть не более легким занятием, чем забираться по нему. И спрыгивать сверху на перекрытие было рискованно, потому что перекрытие скрипело и прогибалось даже при обычной ходьбе. И спрыгнул я только тогда, когда уже мог и без того ногами достать доски.
