Война на призрачной линии. Суббота, 14 июня, около двух часов дня. Моросящий дождь затмевает видимость. В кабинете полковника Гуриенко ставится под угрозу мирное обстановка, когда в распоряжении командира находятся три офицера — он сам, его специальный прокурор и чекушник службы безопасности....
Доклад Будинова стал еще большей неожиданностью:
– Командир! Связи нет!
– Что это значит?
– Одно, Сергей Анатольевич: мы находимся вне зоны ответственности за воздушное движение.
– Черт! Но это означает, что самолет вышел за пределы воздушного пространства России и стран СНГ? Штурман! Что показывает дублирующая курсовая система?
– Отклонение от заданного курса на 40 градусов. Мы идем на юг!
– На юг? Но какого черта? Как это могло произойти?
– Основная курсовая система дала сбой. Это очевидно, – ответил Захарченко.
– Но автопилот?
– А что автопилот? Двойной сбой! Это очень редко, но случается.
Командир корабля отключил автопилот. Тут же прошел еще один доклад штурмана:
– Командир! В это трудно поверить, но и дублирующая курсовая система вышла из строя.
– Да что происходит? Влияние извне? Но это невозможно. Разворачиваем самолет. Внимание экипажу! Разворот на 180°. Главное – вернуться в свое воздушное пространство и восстановить связь с землей! Ориентируемся по звездам. Где Полярная звезда?
– Сзади! Мы идем на юг.
– На юг? Но там Афганистан?
– К сожалению, это так!
– Немедленный разворот на 180 градусов, – приказал командир. – Сейчас главное – вернуться в свое воздушное пространство.
– И это невозможно! – выкрикнул помощник.
– Что?
– Потеря управления.
– Бортинженер?
– У нас все по очереди выходит из строя.
– Черт, теряем высоту! Полузин?
– Слушаю, командир! – отозвался офицер по оборудованию.
– В десантный отсек! Подготовить к сбросу два крайних контейнера!
– Есть!
Старший лейтенант Полузин покинул пилотскую кабину.
– Командир, лебедки не работают, в отсеке задымление, где-то горит проводка.
– Где?
– Не знаю.
– Слушай сюда, Вова! Я открою рампу, столкни груз вручную! Один справишься?
– Справлюсь!
– Работай!
Через несколько минут офицер по оборудованию доложил:
– Груз вышел, командир!
– Рампа закрылась?
– Так точно!
– Возвращайся!
Командир взглянул на приборы:
– Скорость восемьдесят, высота пять тысяч метров. Включаем сигнал бедствия, экипажу приготовиться покинуть борт.
Радист и офицер по оборудованию покинули кабину.
Последним в черную бездну и неизвестность шагнул командир экипажа. Опускаясь на парашюте, он видел вспышку в горах.
