Война на призрачной линии. Суббота, 14 июня, около двух часов дня. Моросящий дождь затмевает видимость. В кабинете полковника Гуриенко ставится под угрозу мирное обстановка, когда в распоряжении командира находятся три офицера — он сам, его специальный прокурор и чекушник службы безопасности....
Интересно, что находится в этих цилиндрах?
– Это нам, Леша, никогда не узнать. Да и надо ли? Секретный груз, и все! Какая разница, что тащить? Воду из арыка или какую-нибудь радиоактивную хрень! Главное, донести и передать, кому надо.
– Видно, слишком ценная хрень, раз за ней целую боевую группировку послали.
– Ты о летчиках не забывай. Груз – одно, пилоты – другое.
– Мне кажется, в Москве особо не огорчатся, если мы притащим эти долбаные цилиндры, а летчиков не вытащим. А вот если пилотов освободим, а груз оставим, то шум поднимется нехилый.
– Есть хорошая поговорка, Леша: если что-то кажется, перекрестись! – посоветовал подчиненному Дементьев.
– Руки заняты!
Уложил колбы в бронированный ранец и капитан Иванов. Дементьев вскрыл второй контейнер. Груз из него частью вставил в свой ранец, частью передал старшему лейтенанту Титову. Вышел на плато и подошел к Каменеву, внимательно смотревшему в бинокль на дымящийся кишлак, откуда доносилась автоматно-пулеметная стрельба и слышались уханья разрывов гранат.
А в районе Джилака разворачивались следующие события."
"Удар спецназа по базе моджахедов оказался полной неожиданностью для Джумы. За несколько минут до начала российским спецназом боевой операции Наджиб получил сообщение о том, что у Джилака все спокойно. Спустился из комнаты второго этажа вниз, что и спасло ему жизнь. Останься Наджиб наверху еще на несколько минут, разрывы выстрелов гранатометов превратили бы его в пепел. Но он успел уйти из-под удара. Когда прогремели взрывы и автоматные очереди, он опешил.
– Что это, Ахмед?
Молодой афганец, побледнев, дернул шеей:
– Не знаю, саиб…
– Не знаешь? – вскричал Наджиб. – Это штурм базы, вот что! Уходим в соседний дом!
Джума выбежал из собственного жилища и прошмыгнул в калитку забора, разделявшего его усадьбу с соседней. С крыши дома спрыгнул один из заместителей Наджиба, Павлади. Выругался:
– Шайтан бы их побрал, пост захватили. Оттуда бьют по кишлаку!
– Кто, Али?
– Не знаю, но не люди Тургая.
– Срочно мне связь с Каруни, – приказал Наджиб.
– Для этого надо войти в дом. А его могут подорвать.
Джума крикнул:
– А если мы не вызовем Каруни и не предпримем какие-либо меры, нас всех перебьют, как баранов.
– Тогда укройся за сараем, я принесу радиостанцию.
Отправив заместителя, Наджиб повернулся к Ахмеду:
– А ты беги к домам бойцов Али. Всем находиться во дворах, на улицу не выходить, быть на связи.
