Война на призрачной линии. Суббота, 14 июня, около двух часов дня. Моросящий дождь затмевает видимость. В кабинете полковника Гуриенко ставится под угрозу мирное обстановка, когда в распоряжении командира находятся три офицера — он сам, его специальный прокурор и чекушник службы безопасности....
Вопросы еще есть?
– Никак нет!
– Удачи!
Соловьев переключился на Бакаяра:
– Алим! Мираж!
– Да! У нас все спокойно.
– Начинайте отход, вызываю «вертушку», выходите в ущелье, приказано забрать вас с собой, как понял меня?
– Понял, Мираж, но нам надо взять с собой тела погибших.
– Конечно! Прошу только, побыстрее. Мы прикроем вас.
– Принял! Начинаю отход на перевал.
Командир «Миража» обратился к Вербину:
– Сворачиваем разведку, Алексей Викторович.
– А в чем дело?
– По-видимому, мы очень нужны в другом месте.
– Боеприпасы?
– Этот вопрос решит Сакар.
– Ясно! Значит, у Тимохина и Федорова по Галистану сбой... И сбой серьезный.
– Да, похоже, игра пошла не по нашему сценарию, хотя Крым говорил, что обстановка сложная, но не критическая. Пока, по крайней мере.
– Вот именно, что пока! Ладно, я понял.
Вербин связался с разведчиками и приказал им вернуться к перевалу. Соловьев вызвал вертолет. В 20.15 на вершину поднялся отряд Бакаяра, несший на палатках тела трех погибших в бою бойцов, в том числе изуродованные останки Юсупа Рашида. А через двадцать минут прибыл вертолет майора Родионова. Сводное интернациональное подразделение поднялось на борт, и «вертушка», плавно поднявшись над вершиной перевала, пошла к Кадинкоту. Этап операции по секретному грузу был успешно завершен, но предстояло еще решить проблему с захваченными Тургаем пилотами разбившегося «Ил-76».
Глава 10
Южный Афганистан, район расположения базы полевого командира Хизаята Тургая в кишлаке Галистан.
Воскресенье, 22 июня"
"Боевые группы спецназа Главного управления по борьбе с терроризмом вышли на рубежи охвата базы Тургая. О чем тут же Тимохин и Федоров доложили руководителю операции, полковнику Крымову, оставшемуся вместе с агентом Службы внешней разведки Шакуром Акрани в полуразрушенном и брошеном населением кишлаке Чардан.
