Война на призрачной линии. Суббота, 14 июня, около двух часов дня. Моросящий дождь затмевает видимость. В кабинете полковника Гуриенко ставится под угрозу мирное обстановка, когда в распоряжении командира находятся три офицера — он сам, его специальный прокурор и чекушник службы безопасности....
В точном соответствии с требованием Устава и других регламентирующих службу в спецподразделении документов!
– Конечно, товарищ майор! Прошу вас занять место за столом совещаний и написать объяснительные записки, в которых подробно указать о ваших приключениях в столичном кафе, начиная с того, что мной было запрещено посещение сих заведений и что вы посчитали возможным полностью его проигнорировать. На составление объяснительных даю полчаса времени. И писать то, что было! Попытки исказить факты не пройдут. Время пошло!
Тимохин взглянул на часы, прикурил сигарету и отошел к окну.
Телефон командира группы «Орион» внезапно издал мелодию вызова. Он взглянул на дисплей. Светилась буква «К». Значит, звонил Крымов, обещавший подойти в штаб, но где-то задерживающийся. Тимохин ответил:
– Слушаю тебя, Вадим!
– Орлы наши в штабе?
– Да вот сидят, пишут объяснительные. Ты подойдешь?
– Подъеду, чтобы забрать тебя.
– Феофанов вызывает?
– Ты, как всегда, проницателен.
– А что случилось, не знаешь? Не по случаю у кафе вызывает генерал?
– Не знаю, но вряд ли по кафе. Генерал отбил ситуацию, а лично разбираться с бойцами групп – не его уровень.
– А что ж мне с нашими хулиганами делать?
– Пусть пишут объяснительные. Потом идут по домам.
– А как насчет вечеринки?
– Я поручил ее организацию Соловьеву, но состоится она или нет, станет ясно после встречи у генерала.
– Хорошо, подъезжай, я готов.
– Давай, через пять минут буду!
Александр набрал номер супруги, предупредил об отъезде.
Шепель, не отрываясь от объяснительной, спросил:
– Никак вы нас покидаете, товарищ полковник?
– Приходится! Заканчивать свои опусы будете без меня. Оставите их на рабочем столе – и по домам.
– А как же подготовка к вечеринке?
– Ею займешься позже вместе с подполковником Соловьевым. Если нам еще дадут провести сие увеселительное мероприятие…
– Что-нибудь серьезное произошло?
– Шепель! Пиши бумагу, а? Надо будет – все в свое время узнаешь.
Из окна Тимохин увидел, как у входа в штаб закрытого военного городка встал «Ниссан». Забрав кейс с письменными принадлежностями, он вышел на улицу. Обошел машину, сел на место переднего пассажира, протянув начальнику и другу руку:
– Здорово, Крым!
– Привет! Как сам?
– Лучше всех!
– Шепель?
– А чего ему будет? Ведет себя, будто ничего не произошло.
