Война на призрачной линии. Суббота, 14 июня, около двух часов дня. Моросящий дождь затмевает видимость. В кабинете полковника Гуриенко ставится под угрозу мирное обстановка, когда в распоряжении командира находятся три офицера — он сам, его специальный прокурор и чекушник службы безопасности....
Да и Ким с Дрозденко так же. Не кажется тебе, что приборзели наши спецы в последнее время?
Крымов, включив двигатель, улыбнулся:
– Себя в их годы вспомни. Да и я таким же был. Другие, Саня, у нас долго не задерживаются…
– Так чего же тогда приказал провести служебное расследование? Тем более что Феофанов прикрыл тему…
– Для порядку! Положено, вот и проводим.
– Короче, для проформы. Прочитаем их писанину, положим в папку – и под сукно.
– Нет. Сразу в утилизатор. Чего стол захламлять? Ладно, едем.
– А когда он позвонил?
– Минут двадцать назад.
– И чем тебе его голос не понравился?
– Раздраженный какой-то. Обычно говорил, зачем вызывает, сегодня даже не намекнул на причину вызова.
– Не обращай внимания; может, у Феофанова какие-то личные проблемы возникли. Он же тоже человек.
– Да? Как-то об этом не подумал.
– Не надо иронизировать!
– Я не иронизирую, Саня! Просто устал. В отпуск бы, куда-нибудь на Енисей, в тайгу, подальше от суеты людской…
– А сможешь один на один с природой долго общаться?
– Не знаю.
В воскресный день «Ниссан» прошел дорогу до загородной резиденции Главного управления быстро, без проблем. Вечный бич МКАД – пробки – отсутствовал, и Крымов держал скорость в сто сорок километров в час. За контрольно-пропускным пунктом руководителей отдела специальных мероприятий встретил неизменный помощник начальника главка, старший прапорщик Ларинов.
– Генерал на месте? Что-то я машины его не вижу, – спросил Александр.
– На мойке машина. А Феофанов у себя.
– С Потаповым?
– Нет, Вячеслав Дмитриевич в Москве. Да вы проходите, генерал ждет вас!
– Не знаешь, что на этот раз произошло?
– Точно нет, но что-то связанное с Афганистаном.
Крымов сплюнул на мостовую:
– Черт! Опять Афган! Недавно только оттуда…
Ларинов пожал плечами:"
"– Пардон! В ваши дела меня если и посвящают, то после того, как вы все уже сделаете.
– Меньше знаешь – лучше спишь?
– Я, Вадим Петрович, что знаю, что не знаю – все одно сплю хреново.
– Значит, совесть нечиста.
– Ну, началось!
– И закончилось. Не волнуйся, доставать не будем, не то настроение.
– Слышал, у Шепеля сын родился? – спросил Ларинов. – Когда отмечаете?
– Миша уже отметил... Да так, что генералу вмешиваться пришлось.
– Об этом тоже слышал.
