Война на призрачной линии. Суббота, 14 июня, около двух часов дня. Моросящий дождь затмевает видимость. В кабинете полковника Гуриенко ставится под угрозу мирное обстановка, когда в распоряжении командира находятся три офицера — он сам, его специальный прокурор и чекушник службы безопасности....
Киму и Дрозденко – по замечанию. Если вопросов нет, свободны! Жду вас завтра в 10.00. И прошу не опаздывать. Отговорок типа пробок на дорогах не приму. Выезжайте раньше.
Пожав Феофанову руку, Крымов с Тимохиным покинули кабинет начальника Управления.
В 16.15 «Ниссан» миновал контрольно-пропускной пункт закрытого военного городка. Остановился у штаба. Через оперативного дежурного Крымов объявил всем подразделениям общий сбор с построением возле отведенной для нужд боевой группировки ГУБТ казармы.
Глава 3
Южный Афганистан, кишлак Галистан.
Более суток без допросов продержали в подвале пилотов разбившегося «Ил-76», и только в 8.30 16-го числа заскрежетал замок решетки, закрывающей люк в подвал, где находились члены экипажа разбившегося в горах самолета «Ил-76». Затем появилась голова охранника. Он сбросил вниз веревочную лестницу, приказав на ломаном русском языке:
– Командира наверх. Давай быстро, скотин свинячий, саиб ждет!
Курдин поднялся по лестнице в небольшой по размерам бетонный бункер – подвал пристройки одного из домов.
– Иди другая лестница.
Курдин подчинился и вскоре оказался во дворе дома, где его ждали два вооруженных автоматами афганца. Один из них, старший по возрасту, толкнул майора прикладом в спину:
– Пошел прямо!
Командира экипажа вывели на улицу, провели по узкому проулку и доставили во двор неплохо укрепленного двухэтажного дома-крепости с окнами-бойницами.
У входа майора заставили разуться, после чего ввели в прихожую дома. Внутри было прохладно – июньское солнце еще не успело разогреть камни.
Ровно в 9.00 офицер вошел в просторный кабинет, который, к удивлению Курдина, был меблирован в европейском стиле. Вдоль стен стояли закрытые шкафы, у зарешеченного окна – стол, кожаное кресло.
