Автор
Вдоль реки Шексны к Волге, где мир Лизы ограничивался небольшой усадьбой дяди Гавриила Леонтьева, в которую она прилипала как ни хватай. Дядя был занят своими делами, не любившим тратить время на пустые прогулки, но Лиза нашла здесь спокойное укрытие. Няня Ольга Петровна, знающая об их особенности, видела в этом одиноких походах смысл и радость....
Он долгое время охотился за наследством Токменевых, зная, что где-то в доме Киреевых в тайном хранилище находятся именно бесценные сервизы. Он постоянно проникает в дом, обыскивая его, и старается сделать это незаметно, но тем не менее выдает свое присутствие.
Встревоженный Эдик пытается разобраться, что происходит в его доме, и его действия не остаются незамеченными для преступника. Он понимает, что в любой момент тайна может выплыть наружу. И вот на дне рождения слышит обрывки беседы про дорогой старинный сервиз.
Эдика убили не потому, что убийца случайно наткнулся на него, когда влез в дом. Он специально пришел, чтобы убить конкурента. Как тремя с половиной годами ранее избавился от Владимира Невского. Конечно! Эта версия объясняет, почему преступник залез в дом, в котором ночевала куча чужих людей. Он не собирался ничего искать. Он пришел убить Эдика и сделал это.
Лена почувствовала, что вспотела от напряжения. По спине вдоль позвоночника у нее стекали струйки пота. Пояс джинсов стал уже влажным, липким, неприятно холодил поясницу. Видимо, лицо у нее было совсем перекошенное, потому что Кисловская, застывшая рядом, смотрела на Елену Золотареву в немом испуге. Лена решила, что ей сейчас нет никакого дела до Кисловской.
Господи, мотивом для убийства стал случайно подслушанный и неправильно интерпретированный разговор про сервиз.
Конечно, Горелов уже видел фотографии и никого на них не опознал. Но возможно, у Нины получится лучше. Она уже достаточно пришла в себя, чтобы можно было попросить ее посмотреть фото. Надо только подключить к делу Бекетова.
– Мне нужно идти, – сквозь зубы бросила Лена Кисловской, которая продолжала что-то бубнить о пути ее мужа «в искусстве».
Бекетов и Дорошин обернулись на ее истошный вопль, и Лена со всех ног кинулась к ним, чтобы поделиться своим озарением. Они выслушали ее внимательно, хотя и довольно мрачно.
– А ведь она права, – сказал следователь Виктору, когда Лена закончила свой эмоциональный, но, несмотря на это, последовательный и четкий рассказ.
