После долгого заграничного вояжа Самойловы вернулись домой, оживляя квартиру после трех лет пребывания за границей. Анна щелкает пальцами с тревогой, но старается скрыть волнение. Юра уехал забирать дочь Дарью. Пока он в отъезде, Анна начинает осваивать новую жизнь — непривычную для подростка перекомнатированную квартиру, где каждая комната как будто стремится завладеть ее вниманием и эмоциями....
Но мама целыми днями читала книжки и смотрела телевизор — разве так болеют?
Дети перестали прибегать к ней по ночам. Мама спала как убитая, даже не пододвигалась, чтобы освободить им место, не обнимала их, не утешала.
Когда становилось страшно или холодно, Кирилл забирался в постель к сестре. Она грела его своим худеньким телом.
— Как ты думаешь, — спрашивал Кирилл, — мама теперь всегда такая будет?
— Не знаю, — честно отвечала Даша.
— И на работу ходить не будет?
— Говорит, что в отпуске.
— Лучше бы папа не умирал.
— Не выдумывай! — Дарья считала брата еще маленьким для этой страшной тайны.
— Даш, расскажи мне сказку. Про ниндзя и Красную Шапочку.
— Я тебе уже двадцать раз рассказывала. — Дарья сочиняла ему сказки, ей нравилось выдумывать новые, но Кирка требовал повторов, а она не запоминала своего устного творчества.
— Ну и что. Все равно расскажи.
— Ладно. В далекой стране Японии, — Дарья настроилась на заунывный повествовательный тон, — где все люди делились по группам крови и всех младенцев, как только они рождались, прокалывали специальной иглой, чтобы узнать их группу крови, в этой стране появился мальчик, у которого не могли определить группу крови.
— Как Маугли? — спросил Кирилл.
— Да, как Маугли, не перебивай. Значит, что? Значит, прошли годы, мальчик вырос, стал большим и красивым, как Мел Гибсон. Он умел разговаривать со всеми животными, но испытывал непонятную тягу. Это была тяга к людям. Он не мог прийти к людям, потому что не знал свою группу крови.
— А откуда он знал, что надо знать свою группу крови?
— Если ты меня будешь перебивать, я не буду рассказывать.
— Не буду, рассказывай дальше.
— Он страдал, томился, — Дарья почти пела, она тянула окончания слов, придумывая продолжение истории, — его тело, его разум охватывали какие-то чувства…
Кирилл хотел попросить, чтобы она пропустила про чувства, но сдержался."
"— И однажды в горах он встретил девочку в красном берете, в таком, как у тети Веры. Он бросился к ней, но она остановила его жестом изящной руки. “Не подходи ко мне, — сказала девочка. — Я отверженная, я не такая, как все.
