В Усадьбе толстушки Астрид повсюду чувствуется непривычная роскошь и зажиточная среда. В доме же Тейга чувствует себя как в маленьком, уютном гнездышке. Астрид смотрится неординарно в такой обстановке, её присутствие кажется загадкой и напряжением.
Мы направились в Тулах привычной для меня дорогой, поглядывая друг на друга с явными заигрываниями, но при этом говорили друг с другом подчеркнуто вежливо и на «вы».
— Так и будете дальше сохранять приличия, граф? — поинтересовалась я лукаво.
— Этим я охраняю вашу честь, баронесса.
— Усердно продолжаете меня опекать.
— Конечно. Я же ваш каэр, помните?
— Как же забыть? — улыбнулась я и добавила: — Я вас ждала.
— А я…
Собаки, сопровождающие нас, сцепились, и их рык прервал Бринмора. Граф в свою очередь прикрикнул на собак, затем дал им команду на атрийском, но бигли у меня своенравные, всяких там каэров не слушают.
— Собаки не обучены! Это никуда не годится!
— Они необучаемые, — отозвалась я беззаботно.
— Необучаемых не бывает. Эти уже взрослые, чтобы учить их манерам; вы прошляпили момент. Очень неосмотрительно для каэрины, которая имеет привычку разъезжать одна. Но хорошо хоть, что это бигли, а не какой-нибудь мастиф.
— Душнила вы, — ласково сказала я, разглядывая графа сверху.
— Кто?
— Очень нудный человек.
— Нудный? — вскинул бровь Бринмор и явно приготовился душнить дальше… хотя нет, я ошиблась. Сложив руки на груди, он обвел меня взглядом, начав с ног, и протянул нежно: — Это вы разгильдяйка.
— Значит, мы прекрасно друг друга дополняем, граф.
— Склонен согласиться, баронесса, — промурлыкал каэр.
Он вернулся в седло, и мы продолжили поездку, говоря обо всем и ни о чем, но несмотря на это, разговор был крайне важным – закладывались основы, подбирались ключики… Ведь это, по сути, наше первое свидание, когда мы встретились только из романтических целей.
Тень набежала незаметно.
— Намерены заехать в деревню? — спросил Бринмор, когда я уверенно повела Ладу к съезду в Тулах.
— Да, а что? — отозвалась я. — Надо обязательно сводить вас в лавку Дермида, где он вам что-то всучит, чтобы потом говорить: «У меня закупается сам граф Бринмор!» А брат Кэолан варит такое пиво – ух! Вы должны обязательно попробовать.
— Пиво – это хорошо, — сказал каэр, и по мельчайшим изменившимся оттенкам в его голосе я уловила, что что-то не так. — Но я хотел бы побыть с вами наедине.
Черт, что не так? Почему мне кажется, что он темнит?
Бринмор, вздохнув, произнес:"
"— Меньше всего мне хотелось бы вас расстраивать, Астрид. Вчера вы так сияли, что я просто не смог сказать вам. Я и сейчас, сказать по правде, не могу… но должен.
