Константин — баловень судьбы, привыкший к лёгким победам и успеху у женщин. Но встреча с необычной девушкой переворачивает его привычный мир. Между ними вспыхивает страстная и весёлая игра соблазнения, где каждый пытается сохранить власть над ситуацией. Однако под маской флирта и...
Раздел Chitat.online для книги «Успеть сказать люблю» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Константин — баловень судьбы, привыкший к лёгким победам и успеху у женщин. Но встреча с необычной девушкой переворачивает его привычный мир. Между ними вспыхивает страстная и весёлая игра соблазнения, где каждый пытается сохранить власть над ситуацией. Однако под маской флирта и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Константин — баловень судьбы, привыкший к лёгким победам и успеху у женщин. Но встреча с необычной девушкой переворачивает его привычный мир. Между ними вспыхивает страстная и весёлая игра соблазнения, где каждый пытается сохранить власть над ситуацией. Однако под маской флирта и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но наружу он почему-то не прорывался и бился внутри, резонируя, разрывая все нутро.
Да не может этого быть!!!
— Любаша моя в церкву помчалась, — вдруг неожиданно продолжил Шевцов. — Есть тут какая-то маленькая, прямо на территории больницы. То ли молиться, то ли свечку ставить за здравие. Будто помочь это может, — Иван Валерьевич выпрямился, оторвал спину от стены. И тут же покачнулся, Костя неосознанно подхватил его под локоть, но Шевцов резко отстранился. — Да оставь. Держусь еще на ногах!
Как же им трудно. Ему-то едва выносимо. А они… это же ребенок. Которого ты любил всю жизнь, растил, а теперь вот… Вой, что бился внутри, прорвался наружу каким-то загнанным хрипом, перешедшим в кашель.
Шевцов взял Костю за рукав и повернул к окну.
— Смотри, видишь? — указал на неприметное серое одноэтажное здание чуть в отдалении. — Знаешь, что там?
— Нет.
— Это морг. Вот я стоял тоже у окна, выше этажом, и думал — еще не там. Еще не там. Я же увижу, когда ее туда… повезут… — теперь закашлялся уже Шевцов, зло вытер и без того красные глаза. — А вон там, видишь! — махнул рукой в другую сторону, где виднелся небольшой купол с крестом. — Любаша моя там. Думает, что поможет. Верит. Верит, понимаешь, — с какой-то надсадой произнес Шевцов, — что купол этот поможет!
— А вы во что верите, Иван Валерьевич? — неожиданно для себя и тихо спросил Константин.
— А я, Костя, верю в справедливость — так воспитали меня. В справедливость я верю, слышишь?! — голос Шевцова почти сорвался на крик. — А если с Анькой случится что-то совсем плохое — так это несправедливо будет, вот как!
Они замолчали, оба. Снова привалился к стене Шевцов. Его примеру последовал Костя. И спросил негромко — даже не Шевцова — себя, наверное.
— И что теперь делать?
— Верить — что нам еще остается, — неожиданно ответил женский голос. На середине лестницы стояла Анина мама. Такая же растрепанная, как муж, с красными глазами, тоже враз постаревшая и в простом цветастом платье.
Костя оторвал спину от стены, сделал шаг, развел руки. И через несколько секунд Любовь Андреевна рыдала ему в грудь, судорожно всхлипывая и приговаривая: «Ох, Костенька, Костя, беда-то какая…».
Когда на тебя сваливается такое горе, что кажется невыносимым, неподъемным, не сдюжить никак — иногда вдруг оказывается, что эту непосильную тяжесть все же можно выдержать. И сделать чуточку легче. Если горе есть с кем разделить."
"Как потом получилось, что он оказался дома у Шевцовых, Костя так и не понял. Константин проводил родителей Ани до их машины, а Иван Валерьевич, перед тем как закрыть дверь, спросил:
— Адрес наш помнишь?
Костя кивнул. И спустя сорок минут сидел на кухне у Шевцовых и пытался что-то съесть. Кусок не лез в горло, спиртное тоже.
