В романе "Успеть сказать люблю" мы попадаем в мир искренних чувств, смеха и слез. Яркая рыбачка Соня и драматичный Джой создают атмосферу череды трудностей и щемящей романтики. Здесь каждый главный момент — это как струна в гитаре, задевая сердце читающего.
— Я укрыл тебя толстым одеялом!
— Оно куда-то делось… — Макс шлёпнулся на кровать со стороны Кости, и тому пришлось потесниться. — Подвинься, чего ты разлегся как барин…
И тут у Константина кончились слова. А Малыш, завернувшись в одеяло, мирно засопел. На Костином, между прочим, законном месте.
Какое-то время супруги Драгины сидели молча. А, заслышав похрапывание, дружно встали с кровати.
* * *— Вот как это называется? — Костя поднял с пола одеяло. — У нас сегодня первая брачная ночь.
— Ничего, в тесноте да не в обиде, — Аня улеглась на диване и похлопала рядом. — Иди сюда, муж мой. И не ворчи.
— Знаешь, я не помню, когда видел Макса таким пьяным. Он сегодня просто все возможные рекорды пьянства побил, — Костя устроился рядом, прижал к себе жену.
— А тебе не кажется, что у Максима довольно веский повод для такого поведения? — Аня положила голову ему на плечо.
"— Конечно, — согласился Костя, зевая. — Но я в аналогичной ситуации так идиотски себя вести не буду, уж поверь мне.
* * *Когда спустя два с половиной года после описываемого разговора на белый свет появилась Светка Драгина, ее папа устроил под окнами роддома фейерверк. В течение пятнадцати минут окна роддома освещали всполохи разноцветных огней, и они дребезжали от грохота.
Когда все, наконец, стихло, из распахнутого окна третьего этажа старшая медсестра в грозных и отчасти не вполне литературных выражениях сообщила все, что думает по поводу такого салюта.
— Сейчас полицию вызову!
— А полиция уже здесь! — рядом с одуревшим от счастья и слегка оглохшим папашей материализовался крепкий парень в камуфляже, снял форменную кепку, вытер лысину и снова водрузил убор на место. — Не бойтесь, мамаша. Ваша полиция вас стережет.
Третий в этом трио, красавец кобель немецкой овчарки, залился громким лаем, подтверждая сказанное.
Медсестра махнула рукой и затворила окно. В конце концов, под этот фейерверк две клуши, которые все никак не могли — взяли да и разродились. Так что, может, и к лучшему.
Наутро Анечка вместе со всеми у кабинета забора крови обсуждала ночной фейерверк. И кивала вместе со всеми — ну надо же, у кого-то муж такой придурок — фейерверк под окнами роддома устроил.
