История о противоречивой дружбе двух боевых летчиков, разделенной завистью и гордостью. Артем Гудимов спасает Генку Хоботова во время войны, но спасение порождает ненависть вместо благодарности. Их противостояние разворачивается на фоне героических событий Великой Отечественной войны.
Раздел Chitat.online для книги «Утомленное солнце» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История о противоречивой дружбе двух боевых летчиков, разделенной завистью и гордостью. Артем Гудимов спасает Генку Хоботова во время войны, но спасение порождает ненависть вместо благодарности. Их противостояние разворачивается на фоне героических событий Великой Отечественной войны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о противоречивой дружбе двух боевых летчиков, разделенной завистью и гордостью. Артем Гудимов спасает Генку Хоботова во время войны, но спасение порождает ненависть вместо благодарности. Их противостояние разворачивается на фоне героических событий Великой Отечественной войны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А надо было бы сковородкой тебя по голове!
– Так давай, начинай! – засмеялся Артем.
– Ага, много чести!..
Какое-то время Римма молчала, успокаиваясь. Затем тихо спросила:
– Ты сейчас к своей Владиславе идешь?
– А если иду?
– Тогда иди, я тебя не держу!
Артем подошел к ней, бережно взял ее маленькое лицо в ладони, нежно заглянул в глаза.
– Глупенькая ты моя…
Глупый смешной ребенок. В этом возрасте девчонки легко влюбляются и так же легко разочаровываются в своих симпатиях. Да и не любовь у них, а простая наивная влюбчивость, которую им нравится раскрашивать самыми яркими романтическими красками…
– Это твоя Владислава глупая, а не я!
Римма обиженно надула щеки, отстранилась от него.
– Почему ж она глупая?
– Да потому что вертит вами, как хочет!
– И как она мной вертит, интересно знать?
– А очень просто… Ты думаешь, почему Захар всех прилипал от нее гонит? Она сама ему сказала, чтобы он этих мух от нее отгонял. А за это она ему обещала… Крепко-крепко его поцеловать, вот что!
– Это кто тебе такое сказал?
– А Захар и сказал!
– А чем твой Захар занимается?
– Чем надо, тем и занимается!
– А может, как раз наоборот, он занимается не тем, чем надо. Нож у него финский. И замашки босяцкие… И врет он все. Не могла ему Владислава такого сказать!
– А вот и могла!
– И ты такая же, как твой брат. Врушка!
– Ну знаешь, что! – полыхнула взглядом Римма.
– Не знаю ничего!.. Спасибо за рубашку!
Уже в дверях он обернулся. Девчонка жалостливо смотрела на него, по детски закусив губу. В глазах слезы. Вот-вот разрыдается… Но Артем и не думал ее жалеть. Девчонка она в общем-то неплохая, но своим враньем все испортила. Невозможно было поверить, что Владислава обещала ее брату крепкий-прекрепкий поцелуй. Она-то и ему ничего не обещала. Хотя он ей нравится, а Захар нет…
Артем вытащил из-за сапога финку. И с силой воткнул ее в дверной косяк.
– Братцу своему отдай! – небрежно бросил он уже через плечо.
Влада встретила его приветливо. Времени сходить в кино у него не оставалось. Но они просто прогулялись по городу. И на обратном пути к ее дому Артем набрался смелости взять ее за руку. И она восприняла это как должное. Ведь он выполнил свое обещание – отвадил от нее Захара…
Артем рвался в увольнение и на следующий выходной. Но, увы, не вышло. Он же не один на курсе, а процент увольняемых строго ограничен. Поэтому он встретился с Владой только через две недели.
Ей было не семнадцать и не восемнадцать лет, как думал Артем. А все девятнадцать. Она заканчивала первый курс университета. Летняя сессия – дело нелегкое. Но все же, пожалуй, можно было выкроить пару-тройку часов для того, чтобы навестить Артема в училище. Его бы выпустили на КПП, они бы смогли пообщаться пять-десять минут. Но она не приходила. А он ее и не ждал.
