Рождённые для полетов, мы стремимся к небесам с пламенным мотором в сердце и рукоятками стальных крыльев. Воздушный парад на Тушинском аэродроме в июле 1939 года — это событие, ожидаемое и торжественное, наполненное спокойствием границ и стремлением к вершинам.
Модно одетая краля в шляпке с большим бантом. Но в ее взгляде угадывалось что-то хищное, отпугивающее. На Артема она смотрела вроде бы с интересом, но на губах при этом пренебрежительная ухмылка.
Место тихое. Вокруг заводские бараки. Рабочий день в самом разгаре, поэтому народу вокруг не очень. Обстановка в стране серьезная, люди работают по одиннадцать часов в день, опоздание на пять минут приравнивается к саботажу. Кто не работает, тот учится – в ФЗУ, в школах рабочего резерва. Бездельничать нельзя. Стране нужны трудовые руки на мирное, а если понадобится, то и на военное время.
– Ты, думаю, или не ты? – криво усмехнулся Захар.
Подругу он оставил в стороне. Сам подошел к Артему.
– Смотрю, походка вроде бы твоя, а форма офицерская. Не знал, что ты уже лейтенант…"
"– Старший, – поправил его Артем.
– Ну да, старший. Извините, гражданин начальник.
– Ты меня с кем-то путаешь. Я не из милиции…
– Был бы ты красноперым, я бы с тобой и разговаривать не стал. А ты летчик, да? Орден вот заработал. Молодец… Римма моя тоже летчицей хочет быть. Целыми днями, да, в своем аэроклубе пропадает. Ничего поделать не могу…
– А ничего и не надо делать, – улыбнулся Артем. – Пусть летает…
Он вспомнил озорную симпатичную девчонку, которая зашивала ему гимнастерку после драки с ее родным братцем.
– Пусть летает, ха! – недовольно фыркнул Захар. – А если разобьется?.. Это ты ее заразил!
– Заражают знаешь чем? – спросил Артем и, сам от себя того не ожидая, взглядом показал на его спутницу.
Захар понял, что он имеет в виду. Но вместо того, чтобы разозлиться, сдавленно засмеялся.
– Ну ты и влепил, летун!.. Только моя Мурка чистая, да… А хочешь, я ее тебе уступлю? Она баба знойная. Ты на самолете так не летаешь, как она в постели…
– Она что, вымпел, чтобы по рукам ходить? – усмехнулся Артем.
– Ага, вымпел переходящий. Судьба у нее такая… А как твоя Владислава поживает?
Он спросил об этом так, как будто Влада и его Мурка одного поля ягоды.
– Хорошо поживает. Только про тебя не вспоминает…
Захар какое-то время молча смотрел на него – вроде сказать что-то хотел да не решался. Скривил рот, процедил сквозь зубы:
– Откуда ты знаешь, кого она вспоминает?.. Я тебе вот что, лейтенант, скажу.
