– Абигейл, зови меня, если что, я только горячего попью и вернусь.
– Поешь там, с утра так ничего и не ела, если обе рядом ляжете, никому лучше не станет, – тоном заботливой, но строгой матери ответила Малышка и махнула на дверь.
Пэвэти налила мне полую миску горячего, жирного рыбного бульона, который я принялась жадно пить через край. Я вспоминала как мы пару лет назад ездили в очередной поход, где для нас вытаскивали прямо в лодку сети с жирными рыбинами, а потом на берегу рассказывали, как варить «двойную» уху. Сегодняшний бульон был очень похож на тот.
– Сверху, самый жирный я слила. Он вон в том котелке. Травок туда положила, тыкву размяла. Его пить можно. Как проснется, надо чтоб сразу все съела, поест и заснет снова. Дом топите до жары, – убирая посуду после ужина спокойно говорила Пэвэти.
– Присядь со мной, Пэвэти. Ты никогда не говорила кем тебе приходится Сквонто. Ты ведь молодая, почему за ним ходишь? – постучав по лавочке рядом с собой, подозвала я девушку. Она села, взяла кружку и долго отпивала из нее горячее варево с сильно пахнущими травами.
– Мой отец просил Сквонто следить за мной. Он погиб, когда мне было мало лет. Сквонто везде меня брал с собой, а когда уезжал в Англию я жила с женщиной в деревне. Он меня говорить учит, а тут сказал, что с вами я быстрее начну говорить, и правильно. Он говорил, что скоро много здесь будет людей, и они с собой сюда привезут свои законы и правила, – она говорила грустно, протяжно, иногда вспоминая слова, смотрела на меня, чтобы удостовериться – правильно ли она говорит.
– Это правда, скоро здесь будет много людей, но будут и плохие люди, Пэвэти, ты должна знать это.
– Знаю, только все равно, нам ведь некуда уйти, тут наш дом. Сквонто не зло, просто не любит долго на одном месте оставаться. Я и не ожидала, что он останется. Говорил, что его там ждут духи…
– Он должен был умереть там, Пэвэти, если бы вы не ушли с нами.
– Он знал, только нельзя менять что духами уже предрешено. Вот они и пришли к нам сюда, раз он им не остался.
– Он знал, что умрет?
– Ему сказал вождь, что видит его душу, просил не ходить к вам, потому что боль видел.
– Это не от нас, это от других людей. Но смерть теперь ушла от него?
– Она не оставит все так, значит, других берет вместо него.
– Клер может умереть?
– Если жить не захочет сама.
– Она без Сквонто не захочет, – решила я открыть карты. Мне было интересно – что еще знает эта девочка.
Человеку никто не нужен, только своя душа, Элиза. Остальные люди свободны, и если душа так тянется к другому человеку, значит знала раньше эту душу, до рождения еще, может даже столько жизней назад, сколько не сосчитать.
– И что?
– Если ее душа знала его душу, значит и его тоже знала, ему только вспомнить нужно.