Он быстро окинул взглядом кучу, меня, двух девушек, что дремали у двери, потому что ближе к огню было невыносимо душно.
– Принесите большое корыто, и все уходите отсюда, – крикнул он и показал нам на двери. – Элиза, приготовь чистые простыни и постели у очага три матраса друг на друга.
Мы даже не смели задать ни одного вопроса. Я нашла новые отрезы, что девушки разрезали и подрубили для новых простыней, притащила матрасы, сложила кучей, поверх постелила пару простыней, и еще пару положила рядом.
Девушки принесли деревянное корыто, он указал на котел, что стоял на очаге, и мы вместе перелили его в корыто. Клэр смотрела на это все широко открытыми глазами, но не могла сказать ни слова.
– Теперь уходите, – крикнул он, и начал снимать с Клер эту гору одеял. Я вышла, глубоко вдохнув, выдохнув.
Внутри стало тихо и спокойно.
– Ты же не думала, что я тебя брошу, ты же не думала, что мне важны слова? – приговаривая нежно, и в то же время, серьезно, Сквонто скинул с Клер все одеяла. Под мокрой простыней она была без одежды, и автоматом прижала к себе последний, самый тонкий слой пирога, что скрывал ее.
Он, не церемонясь, вместе с простыней, поднял ее и усадил в это корыто. Поливал водой, шептал какие-то незнакомые ей слова, и она даже не поняла в какой момент эта простыня упала на ноги.
Она не отрывала глаз от него, ловила каждый его взгляд на нее, каждую эмоцию, разгадывала, что она значит.
Он насухо вытер ее чистой простыней, уложил в чистую постель, разделся до нага и лег рядом.
– Твоя душа может быть в каком угодно теле, и даже через века она будет искать меня, как и моя душа твою, – шептал он, целуя ее глаза, нос, губы. – Ничего не смогло бы нас с тобой разлучить, и ты уже спасла меня. Неужели ты думала, что я не вижу этого?
– Почему тогда ты молчал, – всхлипывая все сильнее и сильнее спросила его Клер, стараясь как можно ближе прижаться к его груди, уткнуться носом в его шею.
– Нам нельзя было показываться духам. Их зависть убила бы наши души.
– У нас это называют завистью Богов.
– Они нашли нас, значит больше нечего бояться. И мы оба расплатились уже за все. Больше нас не разлучат. Скажи мне свое имя, – тяжело дыша спросил Сквонто.
– Лилия.
Глава 64
Бернард остался у могавков с Аннет, иначе она кричала и царапалась, вырывалась, и грозила расцарапать всем глаза. Сквонто решил вернуться в какие-то доли минуты, просто почувствовав, что это необходимо. Сердце колотилось как после быстрого бега, и он боялся опоздать к Клер – он чувствовал, что все дело в ней.
Когда он сошел на берег и увидел всех спящими на берегу, то поспешил в дом. Он не слушал бегущую за ним Пэвэти, боялся, что его страхи окажутся ерундой в сравнении с тем, что будет, если он потеряет Клер.