Автор
Леди вынуждена поступить служанкой к герцогу Конвею, педантичному и холодному человеку. Но его сын видит в ней нечто большее, чем просто прислугу. Между долгом, скандальной репутацией и неожиданным чувством разворачивается напряженная игра страстей в высшем обществе.
Нетвердые, но тяжелые, они заставляли предполагать самое худшее. Так и случилось. В комнату, задевая перекладину над дверью то ли выпуклым лбом, то ли ушами, слегка приподнятым над черепом, ступил почти трехметровый тролль. Весьма похожий на одного из тех, кто приводил в порядок омывальню в особняке.
С другой стороны, окажись посетитель красавчиком фейри или обольстительным демоном, стало бы многим лучше? Я лишь могла догадываться, что последует дальше, и люто сочувствовала Лоре. В отличие от меня, она через подобное уже проходила — от нее исходило такое отчаяние, что я ловила его и без всякой магии.
— Знакомьтесь, это мистер Ломошрум. У него своя бригада плотников, но природа алчет, хоть мы и не в горах. Ломошрум иногда позволяет себе поступиться недельным доходом, чтобы забыть об одиночестве…
Эбби не выходила из амплуа хозяйки великосветского салона. И я готова была ее убить.
Лора метнула в меня затравленный взгляд, а тролль глазами ощупывал нас обеих и даже рот приоткрыл. Наверное, складывал цифры, отнимал, делил в уме... В общем, прикидывал, в какую копеечку выльется ему эта встреча.
Лорана снова беззвучно обратилась ко мне:
— Я его отвлеку, Джейн. Уйду с ним. Сейчас наскребу чары… Ты, главное, не смотри на него. Уставься в одну точку и сделай вид, что спишь с открытыми глазами. Тролли предпочитают девиц поживее.
Я чуть не взвыла. Если бы нормально распоряжалась своим телом, то и завыла бы, и тапком/туфлей в тролля запустила. Она, конечно, из лучших побуждений, но был в моем мире такой французский писатель, Ги Де Мопассан — фамилия красивая, а книги беспросветные. И Лора прямо окунула меня в его новеллу о проститутке Пышке, которую я когда-то прочитала, скрипя зубами от жалости и бессилия.
Когда одни люди, которые якобы чище, приносят в жертву других, вроде бы не столь безупречных, то получается грязь и бред. Подруга так же, как и я, не заслужила такого кошмара.
Эбби наблюдала за нами тремя и только посмеивалась. Но когда я сбила с подноса заварочный чайник, а сам столик опрокинула под ноги Ломошруму, ее глаза расширились от удивления. Лора умудрилась подняться и загородила меня собой.
— Я тут подсчитал, — выдал тем временем тролль. — Я удвою оплату. Внизу ребята ждут. Нам как раз две в самый раз. Никогда не пробовали с аристократочками, вот они порадуются. Блондинка красивее в несколько раз, а вторая зато дикая, необъезженная…
Эбби звонко ударила в ладоши.
— Это же замечательно. Они подруги. Не нужно их разделять.
