В столе заходит молодой человек с кухни, в руках — жареный кусок мяса. Несмотря на начавшийся ужин, она продолжает нерешительно говорить, взгляд проникновенно оценивая его решение остаться. Передо столом лежит гарнир из спаржи, хотя герой не любит этот продукт, но старается принять и даже полюбить то, что она готовит....
— Тогда забудь, что у тебя есть отец! С этой минуты у тебя его нет!
— О, папа, — улыбаюсь, качая головой. — Только с этой минуты? Мне кажется, у меня его никогда не было.
Понятно, что сама попытка вызвать во мне чувство вины смехотворна, вот только ситуация совсем не смешная. Опасная. Ведь теперь речь не только обо мне, но и о детях. Документы оформлены, через несколько дней забираем их домой, а тут такое.
В сентябре Максим пойдет в первый класс, а Ариша в садик. Мы старались сделать все как можно быстрее, чтобы за лето ребята привыкли к месту, где будут жить, — к квартире, к району.
Мои гребаные родители лишили меня возможности иметь собственного ребенка, но, если что-то помешает мне взять Макса и Аришку, я точно придушу собственными руками и мамочку, и папочку!
Никита сообщает, что задерживается. Я приезжаю домой первая, битый час брожу по квартире туда-сюда, переваривая разговор с отцом, потом принимаюсь за готовку.
Заслышав поворот ключа в замке, иду в прихожую встречать мужа с работы.
— Что случилось? У тебя такой вид, будто мы соседей затопили, — тут же спрашивает Никита. Видимо, у меня на лице все написано.
— Что ты, если 6 у нас трубу прорвало, я бы меньше волновалась. Мамашка моя вляпалась.
