В столе заходит молодой человек с кухни, в руках — жареный кусок мяса. Несмотря на начавшийся ужин, она продолжает нерешительно говорить, взгляд проникновенно оценивая его решение остаться. Передо столом лежит гарнир из спаржи, хотя герой не любит этот продукт, но старается принять и даже полюбить то, что она готовит....
К счастью, удержание делает наш Макс, таким образом выигрывая несколько очков.
— Ломай! — ору, хотя знаю, что вряд ли сын меня слышит. Не оттого что я голосом слаб, а потому что на ковре как в вакууме. Бывает и собственное пыхтение не слышишь — уши от напряжения заложены. — Ломай!
После удержания хорошо бы перейти на болевой. Рука соперника как раз между ног Макса, но локоть ускользает, и полноценного болевого не получается. Судья снова поднимает борцов в стойку.
Борьба равная. Парни мнут друг друга в партере, то сравнивая счет в схватке, то отыгрывая очки.
"У Макса никак не получается сделать заднюю подножку или пройти в ноги для броска. Но и Савелова он не подпускает. Тот пытается сделать бросок с колен, но у него не выходит. Пока он возится, Максим выворачивается, накрывает его сверху и делает удержание, а потом и болевой.
Снова удар в гонг. Максим пытается сделать бросок через бедро, но неудачно, и падает в партер так, что соперник оказывается над ним. Теперь Савелов делает удержание и переходит на болевой.
— Нет-нет-нет! — вскрикивает Аришка. — Максик не-е-ет!
Болельщики кричат со всех сторон. Тренера неистовствуют, вскакивают с мест, бегают кругами и что-то подсказывают. Макс пытается уйти от болевого, закрыться.
— Ломай! — орут Савелову.
Идут последние секунды.
— Поднимай! — ору я, ведь если поднять соперника над ковром, то болевой нельзя продолжать, и судья должен дать свисток. — Макс, поднимай!
Сын отрывает одно колено от ковра, пытаясь поднять Савелова. Но тот накатывает сильнее, зная, что до конца схватки остаются какие-то доли секунды, и выкручивает ему локоть.
Кажется, у меня самого все мышцы окаменели от внутренних усилий.
— Макс, включай спину!
Вижу, как он всем телом напрягается, сжимая челюсть от усилий.
— Давай Макс, давай…
Вот он отрывает второе колено, одновременно поднимая Савелова над ковром.
Судья дает свисток и ударяет в гонг. Болевого нет.
— Вымучил, — вздыхает Настя тоже с облегчением.
— Не вымучил, а победил. Встретился с достойным соперником. Не всегда же попадаются такие, кто с первой секунды от подножки тебе в ноги валится.
Сына объявляют победителем. Он тяжело улыбается и смотрит на нас.
