В столе заходит молодой человек с кухни, в руках — жареный кусок мяса. Несмотря на начавшийся ужин, она продолжает нерешительно говорить, взгляд проникновенно оценивая его решение остаться. Передо столом лежит гарнир из спаржи, хотя герой не любит этот продукт, но старается принять и даже полюбить то, что она готовит....
Тася оглохла там, что ли? — Перестаю тупить и прикрываю свои прелести от его бесстыдного взгляда.
— В магазин вышла. А я никак не мог отказать себе в удовольствии посмотреть на тебя голую.
— Насмотрелся?
— Угу, — отлипает от дверного косяка, чтобы уйти.
— Куда пошел? Думаешь, посмотрел, и все, что ли?
Никита хмурится, конечно, пока что не понимая моих действий. Ничего, сейчас поймет."
"Втаскиваю его в ванную и закрываю дверь.
— Раздевайся.
— Чего? — слегка улыбается, вероятно, думая, что я пошутила.
— Раздевайся, говорю. Ты насмотрелся. Теперь я буду смотреть.
Глава 6
…часто бывает, примитивные инстинкты
оказываются выше здравомыслия…
Настя
На лице Леднёва смешиваются два чувства: недоумение и неверие.
— Раздевайся! Помочь? — требовательно повторяю и задираю на нем футболку. Никита, наверное, мой тон и мои действия принимает за дерзость, но это все от смущения, а не от безумной смелости.
— Если ты думаешь, что я застесняюсь и убегу, то ты ошибаешься, — самодовольно говорит он и обнажает торс.
А я ничего не думаю, я просто хочу поставить на место этого наглеца, но, кроме как раздеть его, другого способа в голову мне не приходит.
— Ты видел меня голой. Всю. Не надейся отделаться по-легкому. Раздевайся догола. Показывай мне свои кубики пресса и все, что ниже тоже.
— А я всегда думал, что в человеке главное — душа.
— Молодец. Люблю парней с чувством юмора, — ухмыляюсь, а Леднёв тем временем снимает с себя все. Абсолютно все.
Глядя на него, я заливаюсь краской смущения, но взгляда не отвожу.
Так, Климова, остынь, это уже три желания.
— Леднёв, ты че от одного на меня взгляда возбудился? — язвительным тоном снова прикрываю свое смущение.
Не знаю, что про меня сейчас думает Никита, но, наверное, громко бы смеялся, узнав, что он первый, кого я увидела голым воочию. Ниже пояса я тоже все оценила. Сравнивать мне не с чем, но что-то мне подсказывает, что там у него все в порядке.
— Прикинь, да, — намеренно откровенно улыбается он, стараясь возмутить меня своим спокойствием.
