Автор
Золотой браслет в коробочке синего бархата. Юлька, двадцати двух лет, весела и беспечна, с каштановыми волосами до плеч и талией, которую можно обхватить руками. Грудь размером второго класса украшена элегантной змеиной татуировкой вокруг бедра. Она улыбается бездонными темно-голубыми глазами — именно на их свете искренности и ясности можно любоваться. У уже счастливой Лариной — этот необычайный подарок....
Сука! Дешевая, доступная сука! Как же я в ней ошибался!
Марина ничего не отвечает, только кивает затравленно и идет в нашу комнату, обходя меня по широкой дуге, словно боится приближаться.
Я остаюсь в прихожей один. Меня крутит так, что кажется еще миг и взорвусь.
Дрянь. Какая же она дрянь!!!
Я все для нее делал, все! А она отплатила вот этим? На другом мужике захотелось поскакать? Заскучала? Зато, как вчера преданно в глаза заглядывала, строила из себя обиженную и оскорбленную. Какая же тварь…"
"И я кретин.
Подарок, твою мать… Да пусть валит в одних трусах. Я все ей покупал. От и до! Все ее полки, набитые шмотьем, — на мои деньги! Пошла к черту! В чем пришла, в том пусть и проваливает.
Полыхая жаждой расправы, я ринулся следом за ней в комнату, намереваясь вышвырнуть ее из своего дома прямо так. Только на пороге ноги к полу прирастают. Смотрю, как она собирается и не верю в происходящее. Гребаный бред!
Марина достает старую сумку и кладет в нее только те вещи, которые привозила сама.
Ее тонкие руки подрагивают, но в глазах нет ни слез, ни паники. Жена спокойна, или притворяется такой, не знаю, и от этого впадаю в ступор. Не вижу раскаяния, вины, страха потерять меня, страха разрушить семейную жизнь. Ничего не вижу. Она словно спряталась от меня за каменной стеной.
Я с каждым мигом охреневаю все больше и больше, не понимаю, как себя вести. Вообще ни черта не понимаю!
— Что, даже сказать нечего в свое оправдание? — выплевываю ядовито.
Марина грустно качает головой.
— Просто возьмёшь и уйдешь?
— Да, — едва различимый шепот просто оглушает, бьет по нервам, царапает, раздирая кожу по живому.
— Ну и проваливай! — я срываюсь на крик, — документы на развод, пришлет мой адвокат!
Она замирает, нервно сглатывает и шумно выдыхает. И это единственное выражение эмоций, которое я от нее получаю.
— Хорошо.
Это «хорошо» для меня, как красная тряпка для быка.
— Хорошо? — реву зверем ей вслед, — и это все, что ты можешь сказать, после семи лет совместной жизни???
Она хватает сумку и бежит к выходу.
