Автор
Шестой граф Салташ окинул взглядом обеденный стол с чувством гордости, переполнявшим его. Здесь часто принимали королевских гостей и послов, но теперь это место стало обычным для дворцового стюарда, который вспоминал прошлое величие семьи.
На нем не было ни пальто, ни жилета, да и занимался он в высшей степени прозаическим делом – жарил над огнем яичницу, но при виде этих сверкающих сапог Бена охватили дурные предчувствия. Он замер, в ужасе глядя на капитана, и румянец отхлынул от его обычно розовых щек.
Джон повернул голову, разглядывая его глазами, в глубине которых притаилась улыбка.
– Я так думаю, ради твоего собственного блага мне следует отправить тебя спать без ужина, верно? – поинтересовался он. – Какими шалостями ты занимался весь день, юный негодник? Признавайся!
Губы Бена задрожали.
– Господин… вы не уезжаете? – вырвалось у него.
– Нет, я не уезжаю, но сегодня вечером мне необходимо отлучиться. Вот этот твой перепуганный вид – уже совершенно лишнее. Тебе нечего бояться, глупыш! Мистер Лидд придет смотреть за воротами, так что один ты не останешься.
– Вы собираетесь сбежать! – воскликнул Бен, и его маленькое личико даже заострилось от ужасных подозрений.
– Послушай, Бен! В любом случае я не уеду, не предупредив тебя! Когда утром ты проснешься, я уже буду здесь, это я тебе обещаю! Мистер Лидд будет здесь, пока я не вернусь. А теперь быстро мыть руки, умываться и ставить тарелки на стол!
Бен, жизненный опыт которого научил его тому, что полагаться на обещания старших нельзя, разрыдался и повторил, что он точно знает – капитан собирается бросить его на произвол судьбы.
– Бог ты мой! – воскликнул Джон и поставил сковороду на очаг. – Иди сюда, несчастный маленький дурачок! – Капитан взял в одну руку свечу, а пальцами второй – ухо Бена и повел его в спальню Брина. – Смотри! Похоже, что я собираюсь сбежать? – поинтересовался он.
Бен прекратил тереть кулаками глаза. Убедившись в том, что щетки капитана по-прежнему украшают комод наряду с прибором для бритья и ножом, которым Джон среза́л ногти, мальчик заметно приободрился и к тому времени, когда вскоре после восьми часов в сторожке появился Джозеф Лидд, совершенно хладнокровно поздоровался с ним.
Лидд, также приехавший верхом, соскользнул на землю и подмигнул капитану.
– Вас ждут, сэр, – сообщил он ему. – И с учетом всех обстоятельств хозяин чувствует себя отлично.
– Ставь лошадь в сарай, – кивнул Джон. – Бу уже там. Сейчас я его оседлаю.
