Автор
В непроглядном тумане девочка шарахивается от каждого звука. Вместе со страхом нарастает невыносимая усталость. Она шагает, крадучись и прислушиваясь каждому жужжанию насекомых или хрусту веток под ногами. Каждый шаг кажется предательским, но она не останавливается — это ее последняя надежда выбраться....
В комнатах послушниц зажигались лучины, они ставили их на подоконник, освещая пространство перед храмом.
Никто не выйдет, им запретили.
Я потеряла всякую надежду провести эту ночь за надежными стенами.
Северянин молчал, но не сводил с меня глаз. Я видела, как ярко в них горят лиловые огоньки.
Да отец часто говорил о таких, как он. Варды. Иные. Сильные воины севера, в чьей крови кипит магия.
Склонив голову на плечо, я закрыла глаза. Холод пробирал до костей.
– Сонья, не спи, – послышалось сверху, – потерпи немного, слышишь.
– Не нужно, – прохрипела я. – Я много раз ночевала вот так. Главное, чтобы мертвые не пришли. Мертвые – это страшно.
Кровь стекала по моему подбородку и капала вниз на серый подол платья. Представив, что завтра у меня снова отберут голос, сжалась от страха. Я не хотела снова умолкнуть.
В ночи вспыхнула оранжевым светом полоса – ошейник. Иной пытался снять его.
– Сонья, потерпи, – прорычал он.
Дверь в храм тихо скрипнула, кто-то шел ко мне, держа перед собой факел.
– Светла? – шепнула я, но ошиблась.
Передо мной стояла безумная Смэка. Раскачиваясь, как тростинка на ветру, она бросила факел на землю. Огонек встрепенулся, но не погас. На мои плечи легло теплое одеяло, ещё одно она подсунула под мои колени.
– Смэка, тебя кто-то прислал? – шепнула я, но послушница меня не слышала, она находилась в своем особенном мире. С каждым днем она всё меньше осознавала, что происходит вокруг нее.
– Кто тебя прислал? – повторила я вопрос. – Кто сказал принести одеяла?
– Папа, – выдавила она из себя еле слышный шепот.
– Папа? – не поняла я.
– Мой папа, – повторила девушка и, развернувшись, подобрала факел и отправилась в храм, оставляя меня гадать, насколько глубоко её безумие.
Сидя закутанная в одеяла, тихо отогревалась.
– Сонья, – голос иного стал спокойнее.
– Она уже не понимает, где реальность, – выдохнула я. – Мы все потерялись в этом тумане.
– Я это знаю, но всё изменится завтра. Я обещаю тебе.
Улыбнувшись, я попыталась устроиться поудобнее.
– Расскажи мне о снеге, северянин. Какой он? – мне было страшно, но его голос немного успокаивал. Слыша его, я понимала, что не одна.
– Лассе, – донеслось до меня, – для тебя я Лассе. Снег? Мой дядя часто рассказывал, как однажды вез в телеге маленькую худенькую седовласую девушку. Она пришла из Тумана.
