В темноте искаженные отражения создают мрачные картины на столе – место, где судьба юного парня ожесточенно борется с его виной. Угрюмый человек за столом владеет его жизнью, каждый его взгляд подчеркивает унизительное неравенство.
— Я проиграл тебя в карты, — нож в руке замер, едва услышала тихий голос брата за своей спиной. Повернулась к нему, не веря в реальность фразы, произнесенной им.
— То есть, как это — «проиграл меня в карты»? — нахмурив брови, подошла к нему ближе. — Это у тебя шутки такие?
— Я проиграл одному серьезному человеку в карты, в качестве оплаты он требует тебя, либо он меня убьет.
— Что за чушь ты сейчас несешь?! Меня — в качестве оплаты? Ты в своем уме? — в ярости швырнула нож на стол и нависла над братом. — Ты хоть понимаешь, насколько бредово это звучит? Или ты до сих пор пьян? Ты в каком веке в карты играл, а? Где это на кон ставятся живые люди?
— Мне больше не к кому идти, Даша.
Его глаза — такие родные, того же карего оттенка, что и мои, так умоляюще смотрели. Сердце сжалось в груди. Отвернулась от него, не в силах что-либо ответить. Подошла к окну и прижалась лбом к стеклу, чувству, как его прохлада несколько остужает поднявшуюся злобу.
За последние два года на нас слишком многое свалилось.
С тех пор, как погибли наши родители опека над, тогда еще, семнадцатилетним братом, обрушилась на меня, как на старшую совершеннолетнюю сестру. Я делала все возможное, чтобы он не чувствовал себя ущемленным и ограниченным в чем-либо: перевелась с очного обучения в педагогическом институте на заочное, устроилась на еще одну работу, брала написание курсовых и дипломных работ.
Но, видимо, где-то перестаралась с заботой к брату и упустила из виду, что он все меньше стал делиться со мной своими проблемами, секретами, переживаниями, радостями.
"Как-то незаметно наши отношения стали ограничиваться формальностями, теперь он обращался ко мне только за финансовой помощью или с просьбой вызволить его из «обезьянника». И то, о чем он просил меня сейчас — слишком дико, неправильно, но я знаю, что отказать ему не смогу: он единственный родной человек, который остался в моей жизни.
Не поворачиваясь к нему, глядя в окно, решительным тоном произнесла:
— Хорошо, я поговорю с твоим серьезным человеком, — намеренно выделила последние слова. — Где и когда?
— Сегодня, в девять вечера, клуб «Джокер», — поспешно, на одном дыхании ответил он.
— Как его зовут?
— Арчи. Он будет ждать тебя в своем кабинете. Охрана тебя пропустит.
— Ясно, — выключила закипевший чайник.
