В темноте искаженные отражения создают мрачные картины на столе – место, где судьба юного парня ожесточенно борется с его виной. Угрюмый человек за столом владеет его жизнью, каждый его взгляд подчеркивает унизительное неравенство.
Забылась в беспокойном сне, надеясь на то, что когда проснусь, весь этот кошмар рассосётся сам собой.
Глава III
Меня разбудил звук открываемой двери. Резко открыла глаза, села и взяла с прикроватной тумбочки светильник. Я была готова бороться за свою жизнь, чего бы мне это ни стоило.
Встав на кровати и приняв боевую стойку, я приготовилась к нападению. Дверь открылась, на пороге появился светловолосый мужчина лет двадцати пяти, в черной, обтягивающей его спортивное тело, футболке. В руках у него был поднос с едой.
— Завтрак, — холодным, ничего не выражающим голосом, констатировал он. Его взгляд, брошенный на меня, также не выражал никаких эмоций, казалось, ему вовсе наплевать на мою воинственную позу и импровизированное оружие.
— Отпустите меня, — я старалась не выдать голосом, сковавший меня страх. — Просто, отпустите. Я никому ничего не скажу, и вы меня никогда больше не увидите.
— Завтрак, — словно робот, бездушная машина, повторил он и вышел из комнаты.
Страх во мне сменился яростью. С силой кинула светильник в дверь, от чего он с громким звоном разлетелся на мелкие кусочки.
— Ублюдки! Чертовы ублюдки! Трусы! — что есть сил била в дверь руками и ногами. Осколки разбитого светильника больно врезались в пятки. — Выпустите меня!
Слезы ярости застилали взгляд. Следующим в дверь полетел поднос. Снова ударила в дверь и на этот раз услышала, что кто-то ее открывает.
В комнату вошёл Арчи. Практически с боевым кличем бросилась на него словно дикий зверь. Не глядя, ударила с размаха ногой, но он перехватил её и рывком притянул меня к своему обнаженному торсу. С силой прижал правой рукой, левой же схватил меня за волосы, откинув голову так, чтобы я смотрела ему прямо в глаза."
"Его серые глаза выражали, казалось, большую ярость, чем та, что бушевала во мне сейчас.
— Захотела внимания? Свободы? — его спокойный холодный голос лез под кожу, вытесняя всю кипевшую во мне ярость, возвращая сковывающее липкое чувство страха. — Что ж, ты получишь то, что хочешь.
С этими словами он швырнул меня на кровать, нависнув надо мной, раздвинул мне ноги своим коленом. Задрав юбку, одним резким движением руки порвал на мне трусики. Понимание неизбежного придало мне сил для борьбы: расцарапала ему шею, руки, лицо.
