Словно из зазоров плоти и кости вырывается сердитый рык природы — холодный дождь барабанит по штанинам, ветер обнадеживает холодом в лицо. Я тащу за собой грязные следы бегства, ноги сухие ветки цепляются и режут кожу. Каждый шаг уносит меня дальше от того, что ждёт за поворотом, но я продолжаю бежать — за жизнью. Лабиринт звёзд на небе становится все более неясным в тёмной ночи, рев молний омывает весь пейзаж вокруг меня....
Все мои мысли уносятся прочь, когда через палитру не самых приятных запахов — алкоголя, пота и табачного дыма — я улавливаю его особый кедрово-цитрусовый аромат, в котором таится вся та дикость и необузданность, коей обладает Артур.
Мужчина продолжает внимательно смотреть мне в глаза и едва уловимо касается кончиками пальцев моей щеки. Взглядом прослеживает путь пальца вниз к шее, заставляя чаще дышать, но останавливается у яремной впадины, очерчивает круг и возвращается обратно к щеке.
Тону в его потемневшем взгляде, испытывая практически болезненную потребность прикоснуться к нему.
— Что ты с собой делаешь? — шепчу ему в губы и запускаю пальцы в черные, как вороново крыло, волосы. — Остановись, прошу.
Сглатываю вновь образовавшийся в горле ком, когда он смотрит на меня взглядом полным усталости и… боли.
Да, ему тоже больно и тяжело принимать сложившуюся ситуацию. Больно принимать свои же чувства, не зная как с ними совладать. Он всё хранит, вернее, хоронит внутри себя, не позволяя чувствам взять верх. Потому что он с ними не знаком, алгоритм возможных дальнейших действий ему неизвестен.
Да и мне, в общем-то, тоже. Всё на уровне инстинктов, интуиции.
Кто может знать наверняка, какие именно действия и поступки являются наиболее верными и правильными?
— Просишь? — нарушает затянувшееся молчание Артур и проводит носом по шее.
— Да, прошу, — шепчу в ответ и выгибаюсь ему навстречу, когда мужская ладонь с силой сжимает бедро. Грубая щетина щекочет шею в момент, когда его губы запечатляют на ней долгий, чувственный поцелуй. — Перестань пить. Покинь клетку. Хватить губить себя."
"Устроившись между бёдрами, Артур наваливается на меня всем весом, продолжая терзать тонкую кожу шеи.
— Переезжай ко мне, — шепчет он в губы, но не торопится целовать. Едва касаясь, дразнит, заставляя подаваться ему навстречу. — Сегодня же, — на грани нежности и боли прикусывает мою нижнюю губу, слегка оттягивает и отпускает.
