Словно из зазоров плоти и кости вырывается сердитый рык природы — холодный дождь барабанит по штанинам, ветер обнадеживает холодом в лицо. Я тащу за собой грязные следы бегства, ноги сухие ветки цепляются и режут кожу. Каждый шаг уносит меня дальше от того, что ждёт за поворотом, но я продолжаю бежать — за жизнью. Лабиринт звёзд на небе становится все более неясным в тёмной ночи, рев молний омывает весь пейзаж вокруг меня....
Всё переделала и заскучала, так что Полиночку сегодня могу пораньше забрать."
"— Спасибо вам, Альбина Борисовна. И, пока я не ушла на работу… — сказал я ей и достала из верхнего ящика комода в прихожей небольшую металлическую шкатулку, из которой отсчитала нужную сумму за аренду этого дома. — Вот, держите.
— Да не возьму я с тебя ничего, — запротестовала женщина и, оттолкнув мою руку, прошла в дом, где навстречу ей выбежала Пося. — Лапушке нашей на конфетки оставь.
— Но вы уже три месяца не берете с меня плату за дом, — настаивала я, снова протянув ей деньги, которые она опять проигнорировала.
— Сказала не возьму — значит, не возьму! Давай, лучше Полиночку одевай, а то я курочек ещё не кормила. Специально без неё не стала.
— Раз не берете деньги, я найду другой способ оплаты за аренду дома, — шутливо пригрозила ей пальцем, на что женщина лишь закатила глаза.
— Иди уже на работу и не порти нам нервы, — улыбнулась она и поцеловала мою дочку в щечку.
— Ладно, бегу, — капитулировала я и тоже поцеловала Посю в щечку, слегка приобняв. Много нежностей она не любила, поэтому всю свою любовь приходилось выдавать ей маленькими порциями, пока она не начинала нервничать и хмурить маленькие бровки над серыми глазками. — Ключ вы знаете где. Всё, я ушла.
К счастью, работа находилась всего в пятистах метрах от дома, что несколько успокаивало моё внутренне напряжение тем, что я в любой момент могла отлучиться домой и проверить всё ли хорошо с дочкой.
— Здравствуйте, Дарья Михайловна! — крикнул мне один из учеников, когда я переступила порог средней общеобразовательной школы, в которой являлась учительницей начальных классов.
Дарья Михайловна — имя, которое я вот уже два года повторяла себя как мантру, чтобы не забыть. Ведь, от ранее существовавшей Цветковой Дарьи Андреевны осталось только имя и больше ничего. Словно и не было той девушки с горящими глазами и верой в лучшее будущее.
Теперь существует только Громова Дарья Михайловна, но даже это имя мне было дано не мной.
«2 года назад»
В пять утра обслуживающий персонал придорожного круглосуточного кафе брезгливо смотрел в мою сторону, пока я взглядом искала, где у них находится туалет.
Ещё бы они не обратили внимание на девушку в подранных мужских вещах и мокрых домашних тапочках не по размеру, что я чудом не потеряла, пока бежала по этому чертову лесу.
