Автор
Пятеро людей оказываются в одном доме на севере Шотландии перед Рождеством. Приближающиеся праздники несут с собой перемены для них. История начинается с поиска нового компаньона для Элфриды Фиппс, которая ищет идеального друга.
— Теперь понимаешь, что я имела в виду, когда говорила, что твое возвращение из Австрии оказалось очень кстати.
— Ты хочешь, чтобы я избавила тебя от Люси.
Доди подняла взгляд.
— У тебя уже есть какие-то планы?
— Ма, я только что вернулась. У меня не было времени строить планы. У меня даже нет дома, я не могу вернуться на Рэнферли-роуд до конца февраля. Живу на чемоданах. Я не в состоянии никого принять.
— Об этом нет речи. Я просто подумала, может быть… — Доди замялась, — твой отец…
— Для тебя он теперь Джеффри?
— Я стала называть его так после развода. Он мой отец, конечно, но он также муж Серены и мой друг.
Доди едва заметно передернуло, но Кэрри не обратила на это внимания и жестко продолжила:
— Не думаю, что из этого что-нибудь получится.
— Но ведь он дедушка Люси. И, конечно…
— Послушай, ма. Я разговаривала с Джеффри. Позвонила ему на следующий день после возвращения. Мы долго говорили, в том числе и о Рождестве. Дело в том, что к ним на праздники приезжают брат Серены с женой и ребенком. Эмбло будет забит до отказа, ни дюйма лишнего, куда уж тут еще двое.
— Ты могла бы попросить…
— Нет. Это нечестно по отношению к Серене. Она не сможет нас принять и будет мучиться из-за этого. Поэтому я не буду спрашивать.
— Ох! — Доди вздохнула и откинулась в кресле. Она была похожа на воздушный шар, из которого вышел воздух, — сморщенная, постаревшая. — Я так больше не могу. Все это выбивает меня из колеи. Никакой поддержки, ни от кого, даже от членов семьи!
Кэрри не закончила. Послышался звук ключа, поворачиваемого в замке, дверь открылась и снова закрылась.
— Это Никола, — сказала Доди, хотя могла бы и не говорить. Она подобралась, поправила волосы, оживилась.
Никола вошла в гостиную. Кэрри встала, повернулась к сестре.
— Привет, — сказала она.
— Кэрри! — Глаза у Николы округлились. — Какого черта ты здесь делаешь? Ты же была в Австрии.
— Была. А теперь вернулась.
Сестры смотрели друг на друга. Они никогда не были особенно дружны, никогда не делились секретами. Кэрри пришло в голову, что в пору зрелости Никола стала еще больше походить на мать: тот же рост, та же изящная фигура, густые темные волосы. Тот же маленький злой рот. Если поставить рядом, их легко можно принять за двойняшек.
Думая о Николе, Кэрри всегда представляла ее в каких-то тщательно продуманных одеяниях. Юбки и специально подобранные к ним свитеры. Туфли, подходящие к сумкам, шелковые шарфы точно под цвет губной помады.
