Автор
В зловещей тишине отсутствия света и шторах, темнота навевает страх. Уютный холодок от выключателя лишь немного освещает эту гробовую комнату, заставляя дрожать под потускневшей ртутной лампой. Кровь стынет в жилах, а желание выпить кажется неотвратимым приговором к жизни....
Как же так?
Я толком не успела привыкнуть к тому, что у меня отец есть, как его у меня не стало! Опять!
Горячие пальцы неожиданно утешающе проходятся по щеке.
— Тихо, тихо… — прижавшись губами к моему уху, шепчет Сава, про которого я, признаться, забыла уже, настолько неожиданную новость услышала.
Как ни странно, присутствие постороннего парня не дает полностью расстроиться. Я сразу вспоминаю, где мы, и думаю, что надо бы выйти, рассекретиться. И в глаза хочется посмотреть Сурену. Интересно, когда он собирался сказать мне?
— Так что ты промахнулся, Сим-Сим, я за нее ни копейки не дам.
— Мне похуй на твои деньги, Сурен, — голос Сандра, очень похожий сейчас и тембром, и интонациями, на голос его отца, морозит пальцы. — То, что она — не твоя дочь, даже лучше. Для меня. Нет необходимости терпеть тебя в качестве родни. Ты — хуевый тесть, чтоб ты знал. И человек тоже хуевый.
— Вот как? — хрипло смеется Сурен, — а раньше ты другое говорил.
— Правила приличия сдерживали. А сейчас нихрена не сдерживает.
— Твой сын охуел, — констатирует Сурен, и в голосе его нет злости или желания прибить Сандра за эти слова, только удовлетворение, — Сим-Сим — ты вообще его не воспитывал, что ли?
— Закрой уже рот, Сурен, — вздыхает Сим-Сим, — забирай, к хуям, этот завод.
Молчание в кабинете нарушается только размеренными шагами Сандра, спокойно идущего к выходу.
Открывается дверь, мы с Савой замираем, даже, кажется, сердца не стучат! У меня, прямо на разворошенное дурной новостью состояние накладывается еще и паничка: куда он? А если ко мне? А меня там нет! А я тут… Ой…
На месте удерживает теперь только тяжелая ладонь Савы, словно ощутившего мои метания и лишь крепче притиснувшего к себе.
— Сиди… — хрипит он напряженно.
Да чего сидеть-то? Сандр сейчас…
— Блять… — раздается голос Сурена, — стой, засранец горячий… Весь в тебя, Сим-Сим. Прямо вот смотрю сейчас и радуюсь… Что у меня дочь. Был бы сын, на меня похожий, я бы его прибил.
