Автор
В темном лесу, за затаившимися ветками деревьев, Натаниель очнулся от странных снов. Небо светилось как синее море, где падали большие белые лепестки, словно снега, или женские лица — нереальное зрение. Вдруг крик прерывает тишину, и он понимает: это не сон.
Так что нетрудно было догадаться, кто же из них возьмет верх!
В Осло между тем не происходило ничего примечательного. Доктор Сёренсен сидел возле дивана, где лежал Натаниель, Йонатан — в сторонке на стуле. Сначала они с интересом следили за развитием событий, но с того момента, как Натаниель заговорил по-японски, он словно бы полностью удалился в мир минувшего, и связь с ним прервалась. Они не могли объясняться с ним, и потому он молчал. Что с ним, где он, — было неведомо.
Они ждали и ждали, в полном молчании, но поскольку дыхание его было ровным, а по лицу ничего не было видно, они понятия не имели, в какой он попал переплет.
Минуты превращались в часы, и внимание их притупилось. Тяжелый, многотрудный эксперимент продолжался намного дольше, чем они себе представляли.
Йонатан, можно сказать, еще полубодрствовал, хотя веки у него словно бы налились свинцом. Он то и дело проваливался в сон, а когда пытался перебороть его и вернуться к действительности, то чувствовал боль во всем своем отяжелевшем теле.
Доктор Сёренсен был постарше. Он давно уже поклевывал носом, но вот веки его плотно сомкнулись, а голова опустилась на грудь. Йонатан, сидящий у него за спиной, ничего этого не заметил.
Неудивительно, что доктор не уловил призыва Натаниеля и Тувы помочь им вернуться в настоящее.
Не услышали они, и как звонят в дверь. Йонатану, забывшемуся кратким сном, чудилось, будто это звонят церковные колокола на похоронах Натаниеля, а доктор Сёренсен вообще ничего не слышал.
В эти минуты решалась участь двоих людей, что одиноко зависли во времени и пространстве.
Туву кто-то окликнул. Она видела, как Тенгель Злой снова напал на Натаниеля, но оклик был до того настойчивым, что она вынуждена была повернуть голову.
— Тува! — услыхала она знакомый мягкий голос. Он принадлежал Ганду, несравненному ее защитнику.
Но ведь ему нельзя было здесь находиться, ни в коем случае, иначе Тенгель увидит его и тогда…
Она бросилась в клубящиеся облака, туда, откуда доносился голос, чтобы предупредить Ганда.
Мягкая рука тотчас же обняла ее за плечи, а к щеке ласково прикоснулась ладонь.
— Идем со мной, твои помощники в Осло не могут установить с тобой связь. Я помогу тебе вернуться назад в настоящее.
— Ганд, но тогда Натаниель останется один на один с…
— Тшш, успокойся! Линде-Лу пытается привлечь внимание доктора. Теперь дело за тобой.
— А если у Линде-Лу ничего не выйдет?
— Тогда мы придумаем что-нибудь другое.
