Автор
В темном лесу, за затаившимися ветками деревьев, Натаниель очнулся от странных снов. Небо светилось как синее море, где падали большие белые лепестки, словно снега, или женские лица — нереальное зрение. Вдруг крик прерывает тишину, и он понимает: это не сон.
Не от него ли Людям Льда передались их удивительные способности? Японцы, как известно, всегда жили в тесном контакте с духами и призраками, таком тесном, что отнюдь не считали их сверхъестественными существами, во всяком случае, так было в давние времена. В старинных японских легендах и сказаниях не раз упоминаются колдуны.
Так что его, без сомнения, можно причислить к Людям Льда. Как родоначальника.
Сэдзуко же, Тувино воплощение в 12 веке, принадлежала к японской ветви их рода.
Но здесь у Людей Льда не было никакого будущего.
Ибо что-то подсказывало Туве, что примерно в этот период японская линия должна пресечься. Чувство обреченности пробрало ее до костей, словно порыв холодного ветра.
Ее предчувствия тотчас же подтвердились.
Ибо наводящее страх существо, стоящее под побегами вьющейся глицинии, заговорило вновь. Сэдзуко-Туве было достаточно услыхать его голос, чтобы ее охватила мучительная тревога.
Если бы злая воля Тенгеля не парализовала Сэдзуко, которая застыла каменной статуей, она бы давно уже потеряла сознание.
— Еще четыре года ты проживешь как Сэдзуко, — сказал Тенгель Злой своей не в меру предприимчивой последовательнице. — Через четыре года Сэдзуко умрет, про это знает великий Тан-гиль. Но я уповаю на то, что очень скоро я начну править миром. И про это тоже знает великий Тан-гиль. Втайне ото всех я накопил небывалую силу, которая заставит трепетать весь жалкий человеческий род, в том числе и моих треклятых потомков, чтоб их пожрали черви! Не успеют эти четыре года истечь, как я снова займу свой трон и стану повелевать миром.
— А как же мое собственное «я»? — закричала Тува голосом Сэдзуко. — Я же нахожусь в Осло, как это может…
Не дав ей договорить, он засмеялся тихим, леденящим душу смехом.
— Ты имеешь в виду свое жалкое тело, которое там лежит? Хотел бы я посмотреть на того, кто мог бы с ним хоть что-нибудь сделать! Ибо прежде твоя душа должна покинуть Сэдзуко. А этого не произойдет. До тех пор, пока я не пожелаю.
