Его голос сочился ядом, а взгляд стал жестким и холодным. Я поежилась, впервые видя Марко таким — властным и непреклонным. Сразу видно — этот человек привык повелевать.
Лаура сникла и склонила голову, признавая поражение.
— Прошу прощения, синьор, — пробормотала она. — Мы лишь хотели услужить синьорине. Больше это не повторится.
— Надеюсь, — процедил Марко. И тут же сменил гнев на милость:
— Ну что ж, инцидент исчерпан. Дамы, потрудитесь проследить, чтобы слуги бережно перенесли багаж синьорины Элизабет в ее покои. Да смотрите мне, чтобы всё до последнего чулка оказалось на месте!
Куртизанки облегченно вздохнули и, подхватив мои вещи, бросились к дверям. Казалось, они только рады убраться подальше от гневного Марко.
— Синьор Альвизе, можно вас на пару слов? — процедила я сквозь зубы.
Марко с готовностью кивнул и, отлепившись от двери, направился в мою сторону. По пути он ловко извлек из кармана брюк серебряный портсигар, достал тонкую сигару и, чиркнув спичкой, затянулся.
Я поморщилась от едкого запаха табака, но промолчала. Сейчас не время читать нотации о вреде курения. У меня есть вопросы поважнее.
— Итак, я вас слушаю, — промурлыкал он, остановившись в шаге от меня и окутывая сладковатым дымом. — Чем обязан такой любезности с утра пораньше?
Глядя на синьора Альвизе снизу вверх, я с трудом подавила желание отшатнуться. Он был слишком близко — я буквально кожей ощущала исходящий от него жар, слышала шорох дыхания. Черт возьми, да он в любой момент мог дотянуться до меня рукой, сгрести в охапку и…
Я тряхнула головой, прогоняя непрошеные мысли. Соберись, Элизабет! Нашла время предаваться девичьим фантазиям. У тебя, между прочим, есть веская претензия к этому смутьяну.
— Синьор, я жду объяснений! — процедила я, упирая руки в боки. — Зачем было везти мой багаж сюда и устраивать этот балаган? Разве нельзя было сразу поднять вещи в мою комнату, без посторонних глаз?
Марко невозмутимо пожал плечами и стряхнул пепел прямо на паркет. Я поморщилась, но воздержалась от замечаний.
— Помилуйте, синьорина, — протянул он, лукаво прищурившись. — Уж не мою ли прислугу вы обвиняете в нерадивости? Можете быть уверены, я лично проследил, чтобы ваши сундуки доставили в лучшем виде. Здесь вам не захудалая портовая таверна.
— Вот именно! — вскинулась я.
