Близость Марко опьяняла похлеще крепкого вина, а жар его тела будил во мне доселе неизведанные желания. Я отчаянно старалась держать себя в руках, но всё моё существо трепетало, разрываясь между долгом и страстью.
Невзирая на возмущение вольностями Марко и вторжением в моё личное пространство, я не могла не признать его мужское обаяние и магнетизм. Этот пронзительный взгляд янтарных глаз, казалось, проникал сквозь тонкую батистовую сорочку и шелковый пеньюар, заставляя трепетать каждую клеточку моего тела. Жар его дыхания, касающийся моей шеи над воротом халата, будоражил воображение и порождал отнюдь не благопристойные картины.
Марко был слишком близко — я видела каждую деталь его мужественного лица, ощущала исходящий от него терпкий, дразнящий аромат сандала и горьковато-пряный аромат бергамота.
Утренняя щетина темнела на подбородке и щеках, придавая чертам грубоватую привлекательность. Жилка на его загорелой шее учащенно билась, выдавая волнение. Расстёгнутая рубашка открывал взгляду мускулистую грудь и смуглую кожу, разительно контрастирующую с моей алебастровой белизной. Ничто не должно было шокировать благовоспитанную леди сильнее, чем подобное зрелище, но я не могла отвести глаз.
Внезапно я осознала, в каком неподобающем виде выбежала из своих покоев, даже не потрудившись привести себя в порядок после сна. Золотые локоны в беспорядке рассыпались по плечам, а единственной преградой между мной и пронзительным взглядом Марко были лишь тончайшая сорочка и шелковый пеньюар. Я почувствовала, как краска стыда заливает моё лицо и шею.
— Синьор, прошу вас соблюдать дистанцию! Здесь вам не будуар куртизанки! — выпалила я, пытаясь одёрнуть разыгравшуюся фантазию и скрыть смущение. Но мой голос предательски дрогнул, выдавая истинные эмоции.
Марко уловил эту дрожь и многозначительно ухмыльнулся. Его самоуверенность и наглость не знали границ. Он мягко подался вперёд, нависая надо мной, словно желая спрятать мою полуобнажённую фигуру от всего мира в своих объятьях.
— Поверьте, прелестная Элизабет, в столь соблазнительном неглиже вы затмите любую венецианскую куртизанку. Ваша красота и невинность стоят целого состояния.
Он протянул смуглую ладонь, едва не касаясь моей пылающей щеки. Я отшатнулась, но в то же время ощутила предательскую дрожь в коленях. Лёгкий пеньюар совершенно не скрывал трепета моего тела под пристальным взглядом Марко.
