В студии Элджо Капрински и Эдвард Гаремски. На переднем плане — десятидневная безмолвия станция «Ойкон-13» с вызовом к жизни. Вокруг беспокойство, а на заднем плане — исчезновение четырех человек и Мумрика. Очередь за новостью в воздухе.
А он немногим старше вас.
– Док, разве ты не знал, все вокруг психи, просто некоторых еще не обследовали. Что, будем его лечить?"
"– Мы еще рассмотрим этот конкретный случай.
Друз вжал голову в плечи и уткнулся носом в панель голоокна.
А мне стало его чуточку жаль.
Да, Мамлиза была красивой. Она обладала той классической внешностью, которую принято считать стандартом. Я же, с темными, чуть вьющимися волосами до плеч, вытянутым лицом и разноцветными глазами, скорее претендовала на титул мисс Несуразица.
Обижало ли меня это?
Вот до того момента, пока Друз не раскрыл рот, даже не думала и не сравнивала себя с Мамлизой.
– У нас разные матери, Друз. У нее модель, а у меня… – Признаться, я даже толком не знала, кем же была моя мать. – Моя…
– Дочь богатого семейства, гениальный инженер-проектировщик, красивая образованная женщина, – внезапно ответил за меня Маркус.
– Да, моя мать была гением!
Ан поджал губы и слегка покраснел. Видимо, ему стало стыдно. Или мне просто хотелось так думать.
Состав сбавлял скорость. За голоокном появился Марс. Диск красной планеты с трудом различался за плотным кольцом околопланетных станций и большегрузных межзвездников. Миновав Фобос, мы мягко вышли на орбиту и медленно вошли в верхние слои атмосферы.
Потерев подбородок, я зевнула и зыркнула на дока.
Маркус задумчиво покусывал нижнюю губу. Его взгляд, устремленный в никуда, немного нервировал.
Что же он проворачивает? В какую игру меня втравливает? Ему-то какая выгода от этого полета?
У меня не было нужных ответов.
Тяжело вздохнув, перевела взгляд на Друза. Он нервно протирал подолом рубашки пластиковые линзы очков. Присмотревшись, смекнула, что они с нейронными передатчиками.
– Ан, вы слепой?
Он вздрогнул. Кажется, я оказалась права.
– Не совсем, – его голос звучал нервно, – но…
– А операция? – Маркус прищурился.
– Мне восстановили некоторый процент зрения, но без очков… Я не слепой.
– Ясно. – Теперь стало понятно, что такого странного было в его глазах, когда он смотрел на меня…
– Я не слепой, – зачем-то повторил он, передернув плечами.
Состав затрясся. Мы входили в вокзальный шлюз. Вцепившись в сиденье диванчика, я пыталась не слететь с него.
– А может, все же на Марсе сойдем и полетим на кораблях корпорации? – выдал печальным голосом Друз, вернув очки на нос.
– Нет! – рявкнула я и закрыла глаза. Тряска прекратилась.
