В неприветливой окраине Чикаго скрывалась одна из самых запущенных и престижных аукционных комнат города. Ее готический интерьер со сводчатыми потолками вставал на сцену благодаря утонченным фрескам и люстрам, а тяжелые ковры слоновой кости придавали помещению еще большую роскошь....
— Может быть, я питаю маленькую слабость к Шалотт, — ворчливо признался он. — Очень, очень маленькую. Понимаешь?
— Ах да. Конечно, понимаю.
— Тогда чего мы стоим?
— Здесь проходили тролли.
Теперь настала очередь Леве ехидно улыбаться:
— Но ведь ты не боишься троллей.
— Не этих. — Данте усмехнулся. — Они мертвы.
— Шей, — пробормотал Леве не без гордости.
— Она была не одна, горгулья, — возразил Данте. — Рядом с ней был Вайпер.
Леве пожал плечами:
— Если чудовища мертвы, мы можем идти дальше.
Данте покачал головой:
— Тут шли не только тролли.
Леве глухо зарычал. Разумеется, как же без вампиров.
— Сколько их было?
— Шестеро. — Повисло тяжелое молчание. — И они не из нашего клана.
— Не из вашего клана? — Сердце Леве болезненно сжалось. — Но это значит, что…
Бледное лицо Данте помертвело.
— Они здесь, чтобы убить Вайпера.
Леве так и взвился:
— Мы не можем ждать! Нужно идти к ним.
— И самим угодить в ловушку? — Данте выпустил клыки. — Какой от этого прок?
— А какой прок прятаться в темноте, пока их убивают?
Серебряные глаза отчаянно сверкнули.
— Заткнись и дай подумать, не то подрублю тебе крылышки, горгулья.
Леве издал неприличный звук и взмахнул крыльями, взлетая повыше.
— Отлично. Прячься в темноте, а я посмотрю, что тут происходит.
— К черту, Леве…
Не обращая ни малейшего внимания на раздающиеся снизу проклятия, Леве весело вспорхнул на ближайшую крышу, стараясь избегать случайных лучей света и не отбросить тени.
Приземлившись на крыше, он совершенно бесшумно подошел к самому карнизу и посмотрел вниз.
Леве хотел позвать Данте на помощь Вайперу, но лимузин уже медленно отъезжал от обочины. За ним отъехал второй.
Была ли в лимузине Шей? Где же еще ей быть?
Наблюдая, как машины плавно минуют одну улицу за другой, он слетел с карниза и с глухим стуком сел на землю рядом с Данте.
— А Шей?
— Кажется, и ее тоже увезли.
— И он позволил, чтобы они его взяли?
— Да, но выглядел он подавленно.
Данте кивнул и рассеянно погладил лезвие кинжала, обдумывая слова Леве.
— Должно быть, понял, что сражаться невозможно, — пробормотал он. — Или они угрожали причинить вред Шей.
