В неприветливой окраине Чикаго скрывалась одна из самых запущенных и престижных аукционных комнат города. Ее готический интерьер со сводчатыми потолками вставал на сцену благодаря утонченным фрескам и люстрам, а тяжелые ковры слоновой кости придавали помещению еще большую роскошь....
Черта с два!
Вайпер беспокойно заерзал на своем сиденье, едва сдерживая ругань, когда серебряные наручники впивались в запястья. Боль становилась все сильнее, подступая к тому порогу, за которым ее уже нельзя было игнорировать.
— Это ты взял в плен тролля, который владеет проклятием Шей?
— Нет. Он сумел улизнуть.
Вайпер задумался. Стикс может отвечать уклончиво или не отвечать вовсе, но лгать не станет. Так где же, черт возьми, Эвор?
Он перебирал в уме события последних дней. Значит, это Анассо решил завладеть Шей с самого начала.
— Чего вы хотите от Шей? Ее крови?
Стикс отвернулся к окну.
— Ее кровь означает жизнь.
Вайпер вздрогнул.
— Жизнь? Для кого?
— Достаточно, Вайпер. — Стикс угрюмо уставился на него. — Я уже сказал все, что намеревался.
По его тону Вайпер понял — действительно, он ничего больше не скажет. Он попытался не выдать своего отчаяния.
— Я никогда не понимал, почему ты присягнул Анассо, — сказал он безразличным тоном, как будто поддерживал светскую беседу.
Стикс пожал плечами:
— Шли годы, проходили века, и одного факта моего существования стало недостаточно, чтобы быть довольным жизнью."
"— Простое существование! — фыркнул Вайпер. — Ты был прославленным воином и вождем самого большого клана в истории вампиров. Участь, которой многие завидовали.
Темные глаза гневно сверкнули.
Как ни странно, Вайпер даже обрадовался, что вызвал такую бурю эмоций. Значит, где-то в глубине его души все еще жил тот Стикс, которого он знал и любил.
— Да, очень завидовали. Каждый дурак, мечтающий о славе, стучался в мою дверь, чтобы вызвать на поединок, — сказал он с горечью. — И года не проходило, чтобы мне не бросали вызов.
— Такова цена за право называться вождем, — возразил Вайпер. — Никто не обещал, что это будет легко.
— Я и не ищу легких путей и не боюсь трудностей. Но и крови больше не хочу. Мне надоело убивать себе подобных.
Против собственной воли Вайпер почувствовал прилив сострадания.
— Как и мне. Но это не объясняет, почему ты пошел в услужение.
— Мы все служим Анассо.
Вайпер покачал головой:
— Но не как личная охрана! Ты продал душу.
— Нет. — Он говорил тихо, почти шептал. — Я пытаюсь ее вернуть.
— Свою душу? — Вайпер нахмурился.
— Называй как хочешь. — Стикс нетерпеливо взмахнул рукой. — Смысл жизни. Цель.
Вайпер долго смотрел на бывшего друга. Попав в плен, меньше всего он ожидал философской дискуссии.
