В неприветливой окраине Чикаго скрывалась одна из самых запущенных и престижных аукционных комнат города. Ее готический интерьер со сводчатыми потолками вставал на сцену благодаря утонченным фрескам и люстрам, а тяжелые ковры слоновой кости придавали помещению еще большую роскошь....
"
"Они молча вышли из клетки и по узкой лестнице поднялись на задник сцены. Здесь Эвор приковал ее к столбу. Затем подошел к задернутому занавесу и скользнул за него, оказавшись лицом к лицу с публикой.
Шей собралась с силами и постаралась не обращать внимания на жужжание голосов за занавесом.
Она не могла видеть потенциальных покупателей, но чувствовала присутствие и людей, и демонов. Чувствовала мерзкий запах их пота. Их растущее нетерпение. Привкус извращенной похоти, разливающийся в воздухе.
Внезапно она вздрогнула.
Зло. Распад, гниение. По коже Шей пробежал холодок ужаса.
Смутное ощущение, словно какое-то существо проявилось в зале лишь наполовину. Эхо мерзкой сущности.
Подавив инстинктивное желание закричать, она закрыла глаза и заставила себя сделать глубокий вдох, чтобы наконец успокоиться. Словно издалека до нее донесся громкий голос Эвора:
— А теперь, дамы и господа, демоны и феи, живые и нежить… Пришло время главного лота. Так сказать, основного блюда. Лот редкий, изысканный, так что в зале могут присутствовать только обладатели золотых жетонов.
У Шей возникло ощущение, что ее медленно ощупывает чей-то злобный взгляд. Эвор всегда был напыщенным хвастуном. Однако сегодня он посрамил бы самого красноречивого конферансье.
— Подойдите поближе, друзья, — приказал Эвор, когда мелкую сошку из покупателей удалось наконец выдворить из зала. Чтобы получить золотой жетон, человек или демон должен был иметь при себе не меньше пятидесяти тысяч долларов наличными.
— Закрой рот и открой занавес, — проворчал кто-то в зале.
— Не хватает сил ждать? — спросил Эвор довольно злобно.
— Я не могу ждать до утра. Скорей к делу.
— Ах, недержание… Сочувствую. Будем надеяться — из уважения к вам, мой покупатель, — что не болезнь тому причиной и кое в чем другом вы все-таки способны проявить выдержку. — Фыркнув, Эвор сделал паузу, дожидаясь, пока смолкнет грубый смех. — Итак, на чем я остановился? Ах да. Мой приз. Любимейшая из моих рабынь.
