Автор
Виталина находит в букинистической лавке книгу о Золушке, что запускает неожиданное событие. Ей предстоит сыграть роль Анастасии, злобной сестры, и разобраться, не станет ли её судьба трагичной. Возникает вопрос, суждено ли ей стать жабой в конце этой сказки.
Правда, этот забег мне дался куда тяжелее, я даже удивилась, как у девушки, просидевшей в башне, столько выносливости.
Конечно, она была напугана и потерялась в растерянности, отчаянии и панике. Любой бы на ее месте убежал. Главное, постараться ее успокоить. Я подняла взгляд на остановившуюся девушку, подбирая слова поддержки, и вдруг увидела злое и раздраженное лицо.
Рапунцель смотрела на меня исподлобья, как уставшая лисица, загнанная собаками:
— Зачем ты преследуешь меня?
— А зачем ты убегаешь? — спросила я. — Куда ты сейчас пойдешь одна?
— К старой иве, я знаю дорогу. К своему любимому. Прошу, не преследуй меня.
— Но я хотела помочь…
— Ты уже помогла. Я никогда не забуду этого, но слуге темного колдуна доверять не могу. — Рапунцель сделала несколько шагов назад. — Никакую сделку я с тобой не заключала и ничего тебе не должна. Позволь мне уйти.
Я застыла в растерянности. Выходит, она убегала от меня, думая, что ей могут навредить? И это после того, что я сделала?!
— Если считаешь, что не пропадешь одна в лесу и сама со всем справишься, то иди.
Рапунцель благодарно кивнула и опять помчалась — только в зарослях тенью колыхнулись ее волосы. А я огляделась и поняла, что заблудилась.
Инициатива наказуема — помогла, называется, на свою голову.
Пожалуй, потеряться одной в лесу рисковала отнюдь не Рапунцель.
Я пошла сначала в одну сторону, потом в другую, затем в третью, но лес оставался одинаковым. И вообще, почему в сказках он занимает большую часть мира? Куда не направишься — везде лес, лес, лес. Хорошо еще, волков поблизости не слышно.
— Да что ж это такое?! — я пнула старый пень, а потом уселась на него. Ноги в неудобных балетках сильно разболелись.
— Для той, кто только что сорвал мою сделку, ты слишком спокойна.
Я подняла голову и улыбнулась: передо мной, сложив руки на груди, стоял колдун. И выглядел он крайне довольным.
— Разве не для этого ты мне отдал кинжал? — я постаралась не показать, как рада его появлению.
— Не понимаю, о чем ты, — Румпель вдруг присел у моих ног и прикоснулся к лодыжкам. По телу пробежала приятная, расслабляющая волна, и усталость прошла. — Ты ведь сама решила, как им воспользоваться.
— Но ты догадывался, как я поступлю.
— Хочешь сказать, что я тебя так хорошо знаю?
— А где эта девчонка, за которой ты улетела, позабыв даже обо мне?
— Она просто мне не заплатила, пришлось догонять.
Он засмеялся и, поднявшись, протянул мне руку. Его смех впервые показался приятным, теплым, светлым.