В Николине царит постоянный шквал усталости и непреодолимой тяжести, будто по телу прошёл лесной оркестр. Каждый вдох и выдох становится невыносимо сложным, словно он не принадлежит тебе, а кто-то другой, заставляющий двигаться и дышать против собственной воли. Это состояние "прекрасное" - скука, болезненная тяжесть и постоянный бессонник — окутывает её как ловушкой, вызывая безвыходные мечты о ненасытном отдыхе....
От всех его гадких слов, что громким эхом грохочут в моём сознании, съедают адской мукой всё в груди, равномерно распространяясь по телу безжалостной хворью, что начисто уничтожает всё хорошее внутри: тепло, трепет, страсть, нежность, упоение и… веру.
Эту долбанную зародившуюся во мне веру в то, что я достойна искренней взаимности, желания, любви. Но всё это оказалось ложью! Чудовищной ложью, в которую я, дура наивная, позволила себе поверить. Я повелась на всю сегодняшнею сказку, которою он мне устроил, на его шарм, внимание и весь мощный ураган чувств в его глазах нелживых…
А ведь этот Дьявол мне не врал.
«Ты особенная» — ты единственная, кто может позволить мне ощущать свою силу.
«Теперь буду только я» – теперь только я буду тебя трахать."
"«В любое время суток. В любом месте. Всегда рядом…» – будешь всегда под моим боком и прибежишь, куда и когда я скажу, чтобы доставить мне удовольствие.
«С этого дня всё, что ты видишь вокруг себя, станет и твоей жизнью тоже» – я откуплюсь от тебя всем, что ты только пожелаешь, лишь бы молча позволяла себя трахать.
И самая главная иллюзия, в какой я жестоко обманулась: «Ты – моя, Лина». На самом деле подразумевалось: «Ты – моя вещь, Лина».
Ничего не значащая вещь, центром жизни которой на несколько месяцев должен стать он – богатый, самовлюблённый, абсолютно равнодушный ко мне подонок, что выкинет меня из своей жизни после окончания «работы», как надоевшее, вдоволь оттраханное барахло, поистине веря, что деньги загладят всю мою душевную агонию и бесконечную опустошённость.
Эти долбанные бумажки ничего не исправят, не помогут, не воскресят из пепла, потому что, судя по тому, какую всепоглощающую боль я испытываю в данную секунду – всего после одного проведённого дня с ним, – по окончании несколькомесячного контракта именно горстка пепла от меня и останется. И ничего больше.
Мне сейчас не передать вам весь монументальный размах своих страданий, даже несмотря на то, что правда думала, что уже давным-давно знаю о боли всё!
Но как же я крупно ошибалась.
Господи! Какая я дура! Какая дура!
Глупая, наивная девочка, посмевшая искренне поверить в благородного, сексуального принца, который из миллионов других женщин выбрал именно меня и всего после одного вечера добродушно и, самое главное, совершенно бескорыстно поможет изменить всё моё жалкое существование.
