Автор
В глубине закрытого мероприятия скрываются загадки и тайны. Золотистые волосы незнакомки в черной маске вызывают дрожь у всех присутствующих, но среди них — человек, чье имя не пришлось знать, благодаря приглашению к высокому кругу. Андрей Туманов знает тайны этой вечеринки лучше других и готов развеять их сиянием собственного обаяния и прозорливости....
Вы, конечно, очень сладкая приманка, но я люблю Машу. И не собираюсь ей изменять, в отличие от него.
Тут меня снова, как и тем вечером, торкнуло. Ник не изменяет Карине!
— У тебя странная манера делать выводы без весомых аргументов, — произношу своим обычным голосом, и он вздрагивает, хмурится. Узнает? — Ник никогда не изменял Карине. Он ее любит.
Он потрясен, но все никак не сопоставит факты.
Делает шаг вперед, чтобы оказаться ближе, а я отступаю, и так несколько раз, пока не упираюсь попой в стол, за которым только что сидела.
Ну вот, хоть подозрение появилось в глазах. Они даже темнеют чуть-чуть…
— Маша? — выдыхает со свистом.
Я еще пытаюсь играть, но губы сами стремятся растянуться в улыбке. Держусь из последних сил. Его реакция все-таки весьма радует. Он меня любит по-настоящему!
— Никита? Нас забыли представить. Вы друг моего брата. Жаль, что приняли меня не за ту…
— Маша! Черт! Как?"
"Он делает последний шаг, оказываясь вплотную ко мне.
— Я тоже тебя не узнала без маски и с бородой… представляешь? — признаюсь в ответ. — Нас должны были представить официально на Дне Рождения Карины, но ты меня украл раньше. А я так готовилась…
Никита несколько минут просто смотрит на меня, его пальцы скользят по моим скулам, щекам, губам, по шее, забираются в распущенные волосы. Качает головой, закрыв глаза.
— Неужели те чулочки и трусики предназначались для столь важного события? — Он не сердится! Я так рада, что в его голосе, наконец, немного смеха и тепла — оценил юмор судьбы.
— Угу. Ты меня очень зацепил на той террасе… подарил первый поцелуй… заставил встрепенуться девичье сердечко, а потом жутко обломал, обозвав чужой любовницей.
Он дергается вперед и вжимается в меня своим… полотенцем… заставляя терять нить разговора от забурливших внутри желаний.
— Ты не представляешь, что сделала со мной тогда. Как я мучился, что снова втрескался не в ту женщину…
— Снова?
— Забудь. Все в прошлом, милая. Ты моя единственная. Даже никогда не смей в этом сомневаться. Веришь?
А как можно не верить? Его глаза буквально полыхают чувствами, о которых говорит. И да, я верю… потому что слова идут из глубины души, и проникают в самое сердце…
Конец"
