Мои бравые солдатики в синих мундирах защищали свою крепость от подлых захватчиков в зелёном. И даю слово чести как генерал этого синего оловянного войска, они бы героически простояли и седмицу, и месяц, если бы не подлые крысы, сожравшие половину стены, после чего зелёные прорвались и убили всех жителей замка. Кукол сестры, к слову, как и моих солдатиков, крысы тоже обожрали, хотя те точно были не съедобные. Я тогда стоически держался, а вот сёстры рыдали в три ручья. В провинции даже девочкам из знатных семей не так уж легко достать новую куклу, особенно красивую. Отец заказывал подарки из столицы по большим праздникам, а в самом Новисаде кукольные магазины имеют весьма скудный выбор, поэтому потеря для нас, детей, была и вправду невосполнимая. Да и не так уж богаты наши родители, несмотря на все владения, чтобы за один раз взять и заменить коллекцию кукол.
Так вот. Крысы.
Как только появилась одна, в стороне мелькнула и вторая. Они не боялись голосов и даже монстра, пожиравшего Сестру, не сторонились, ловко прошмыгнув у него между ног. Мутант недовольно рыкнул, отгоняя их в стороны, но продолжил жрать, не придавая особого значения каким-то там крысам.
Остерман наклонился, вглядываясь в лицо своего собеседника.
– Что ты знать о Кларе? – повторил он.
– Сначала объясни, почему твари тебя слушаются. Раньше они тебя ненавидели и сразу нападали.
– Они не слушаться, – пожал плечами доктор. – Они бояться. Теперь я…
– Такой же, как мы, – довольно протянул голос. – О, да, теперь вижу. Эта чёрная мерзость и в тебе прижилась. Знаешь, в чём отличие тебя от меня? Догадываешься, почему я – лучшее твоё творение?
– Хм… хватит играть. Где Клара?
– Ты не знаешь, – хмыкнул голос. – Не знаешь и даже не понимаешь ещё, что натворил. Эх, доктор, а зовёте себя учёным.
– Где Клара?
– Хм… не знаю, на самом деле. Я потерял её след, когда попался Сумеречным Сёстрам.
– Тогда что меня остановить? Тебе есть, что сказать? Есть, что защитить тебя?
Он резко выхватил револьвер. Я дёрнулся, но испуганный выкрик остановил доктора раньше, чем я успел что-либо сделать:
– Стой! Стой, Остерман, сволочь, ты не убьёшь меня, если хочешь снова увидеть свою дочь живой.
И доктор замешкался. Монстр у его ног зашипел, оторвался от своей жертвы. Шерсть на загривке встала. Чудовище потянулось к человеку в темноте.
– Останови свою тварь!
Он сомневался. Недолго, но всё же сомневался. Наконец, пнул мутанта ногой, и тот послушно, точно псина, отступил.
– Что? Что ты сделал с Кларой?
Шелли вдруг впился ногтями мне в плечо. Я оглянулся. Он молча приложил палец к губам и указал себе под ноги. Крысы. Всё больше крыс ползло по тёмному коридору туда, где сидел заключённый Сестёр.