В темном зале с резными колоннами в свете прожекторов танцуют безобразия: мужчины рубятся кулаками, кровь стекается по лицам. Зрители бурно реагируют на жестокие бои — они охотятся за зрелищем, забывая обо всем на свете. Такое мерзкое насилие привлекло тебя в нечто невероятное и отвратительное....
— И что же с ними случилось?
— Я их наказал. Всех. Даже тех охранников, что потешались над тобой.
— Наказал? Как?
— Ты действительно хочешь знать?
Сволочное подсознание тут же освежило в памяти картинку, где мужчину пожирают собаки, а я от ужаса, сливаюсь с зеленью кустов.
— Не уверена… Но почему? Почему ты их… наказал?
— За то, что они обидели мою женщину.
Не нашлась с ответом, снова опустила взгляд на дно с бордовой жидкостью, но Марат забрал у меня бокал, отставил его в сторону.
— Хватит. Поехали домой, — поднялся, отодвигая стул, и я поспешила за ним.
Марат взял меня за руку, и по пальцам пробежал ток от его прикосновения.
* * *Повернув ключ в замке зажигания, Хаджиев повернулся к Снежане, а та сглотнула, отвернулась к окну. Опустил взгляд на её грудь, что даже под безвкусной футболкой выглядела шикарно. Губы всё ещё помнят бархат её сосков и как те набухают, стоит поиграть с ними языком.
— Ты спрашивала у Али о своём муже.
"На мгновение она перестала дышать, а вена на шее забилась чаще.
— Я просто хотела знать, что он думает обо всём этом…
— Тебя так волнует его мнение? — адреналин всё еще плескался в крови, и её признание не поспособствовало успокоению.
— Он отец Виталика. Я должна была знать его мнение, перед тем, как забрать у него сына. Ты ведь обещал мне, что…
— Я помню, что я обещал! Я спрашиваю, тебе так важно мнение этого слизняка? — повысил на неё голос, а девушка вздохнула.
— Нет. Не важно.
— Тогда больше не смей спрашивать о нём!
— Я поняла.
Резко отодвинул сидение вместе с ней назад, дёрнул шнурок на спортивных штанах.
— Снимай футболку!
Снежана беспокойно завозилась, оглядываясь по сторонам и, убедившись, что все стёкла затемнены, стянула с волос резинку.
— Давай не будем спешить… Я хотела бы немного растянуть, — несмело улыбнулась, распушила шикарные локоны.
Марат почувствовал, как рот наполняется слюной, будто у бешеного пса, и протянул руку к её лицу.
— Да, Белоснежка. То, что надо.
ГЛАВА 33
Держась своими маленькими, горячими руками за его плечи, Снежана насаживалась на влажный от соков страсти член и, запрокинув голову, постанывала.
Марат мог бы поклясться, что ещё не обладал настолько красивой женщиной. Её полные груди с напряжёнными коричневыми сосками всколыхивались при каждом движении, а он, как оголодалый дикарь, хватал их зубами и зализывал свои укусы языком на манер зверя.
Её было мало.
