В темном зале с резными колоннами в свете прожекторов танцуют безобразия: мужчины рубятся кулаками, кровь стекается по лицам. Зрители бурно реагируют на жестокие бои — они охотятся за зрелищем, забывая обо всем на свете. Такое мерзкое насилие привлекло тебя в нечто невероятное и отвратительное....
Какие ещё пожелания будут? Может, тебе чего-то не хватает? Скажи, не стесняйся, — Марат усмехнулся.
Ей не хватает свободы, вот только она ни за что не осмелится это произнести.
— Мне сына не хватает… Раньше он всё время был рядом, а теперь…
— Снежана, — прервал её резко. — Мы ведь уже обсудили это.
— Да, я поняла… Извини.
— Ты поела? Пойдём в твою спальню.
Поднимаясь по лестнице на второй этаж, искоса наблюдал за ней, идущей рядом. Что-то не то. Не так что-то. Либо задумала какую-то хитрость, либо действительно смирилась и покорилась.
Как только дверь спальни за ними закрылась, Снежана потянулась слегка подрагивающими руками к нему. Марат замер, удивлённо уставился на тонкие пальцы, поспешно и неловко расстёгивающие пуговицы его рубашки.
Одна пуговица почему-то никак ей не давалась и Хаджиев засмеялся. Снежана испуганно отшатнулась, обиженно нахмурилась.
— Я, между прочим, стараюсь. Да, у меня нет большого опыта в этих делах, но…
— У тебя вообще его нет. Опыта. Почти девственница. Этим, собственно, и привлекаешь. Иди сюда, — дёрнул её за запястье и, впечатав в свою грудь, ловко вытащил заколку и запустил руку в густые волосы. — Какие они у тебя светлые. И кожа… — склонился к её шее, провёл языком по бархатной ямочке у ключицы и тут же прихватил зубами, отчего Белоснежка испуганно вскрикнула.
Нервно сглотнув, она устремила на него взгляд больших влажных глаз.
— А если бы… Если бы я была шлюхой? Не привлекала бы?
— Нет.
Тогда в клубе Хаджиев и правда думал, что она шалава. И если бы Спирин не проболтался, уже через пять минут после своего ухода, Марат забыл бы о ней.
Свою роль также сыграл и удар по самолюбию. Никогда раньше он не брал даже пьяную женщину, не то чтобы под дозой. Самоуважение не позволяло.
Нет, у Снежаны определённо не было шансов.
— Ладно, хватит этой болтовни, — прервал долгий зрительный контакт, провёл большим пальцем по её губам. — Продолжай, что начала, — и тут же схватил её за запястья, — только без помощи рук.
— А как тогда? — непонимающе захлопала длинными чёрными ресницами, так резко контрастирующими с белой кожей.
— Ртом, — надавил на её затылок, притягивая к себе. — Давай.
