В темном зале с резными колоннами в свете прожекторов танцуют безобразия: мужчины рубятся кулаками, кровь стекается по лицам. Зрители бурно реагируют на жестокие бои — они охотятся за зрелищем, забывая обо всем на свете. Такое мерзкое насилие привлекло тебя в нечто невероятное и отвратительное....
Однажды даже чуть не покончила с собой, боясь увидеть в глазах любимого разочарование. Я хочу, чтобы ты знала — ты не одна. Если что-то понадобится, позвони, — вложила в мою руку визитку с адресом и телефоном какого-то салона красоты. — Назовёшь моё имя, и девочки передадут мне твой номер. Если вдруг что… Ты можешь положиться на меня.
Пожалуй, знакомство с Ариной и Лилей — лучшее, что могло ожидать меня в этом доме. И теперь, после этих её слов, стало действительно спокойнее. Правда, умиротворение длилось ровно тридцать секунд, пока девочки ни ушли.
Поднявшись из-за стола, прихватила бутылку с остатками вина и, пройдя мимо безмолвной Таи, зашагала к лестнице. С ужасом представляла, как в мою комнату ворвётся возбуждённый жутким убийством Хаджиев и потребует секса. Смогу ли не закричать и не броситься бежать? Смогу ли выдержать его прикосновения, всё время вспоминая, как сжимал этими пальцами поводки псов?
Как вообще я буду жить дальше после всего того, что сейчас увидела?
— Вы зря не послушались Марата Саидовича! — прозвучало сзади, и я остановилась на первой ступеньке лестницы.
— Что, прости? — повернулась к Тае, что бесшумной тенью следовала за мной.
— Зря вы пошли в сад. Марату Саидовичу это не понравится. Он будет в ярости, когда узнает.
Нашла в себе силы улыбнуться, только улыбка скорее на гримасу боли была похожа.
— И кто же ему расскажет? Ты?
— Я.
— Зачем? Я тебе так сильно не нравлюсь? Не объяснишь, почему?
— Тебе здесь не место! — взгляд её вспыхнул гневом, словно я и правда в чём-то перед ней провинилась.
Что ж, теперь всё понятно. Она действительно меня ненавидит. И причина на это есть… Марат. От девушки исходили мощные волны ярости, и казалось, что она не в себе. Вот-вот бросится, чтобы выцарапать мне глаза.
Я шагнула ей навстречу, желая объясниться, сказать, что не хотела всего этого и, как только появится возможность, сразу же исчезну, но так и замерла с открытым ртом, встретившись взглядом с Хаджиевым.
Он стоял у входной двери, прислонившись плечом к косяку, и с прищуром тёмных глаз наблюдал за нами.
— Откуда ты взялась вообще? Тебе здесь не место, слышишь? — она шипела, подступаясь ближе, но я не могла оторвать взгляда от Марата. Словно под гипнозом опустилась на ступеньку и, прижав к груди бутылку, заплакала.
