Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
Раздел Chitat.online для книги «Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
О разном говаривали, и о странах иных, и о Новгороде, о Москве, об Орде и обычаях ордынских, и девках, конечно же – тут уж княжичи, в отличие от выдумавших особую средневековую мораль советских историков, особо не стеснялись, хвастались напропалую, правда, речь шла о гулящих девках, знамо дело, не о княжнах, не о боярышнях.
Зашел как-то разговор и о вещах куда более серьезных – о земельных владениях, о наследстве. Дмитрий Юрьевич хвастал, что батюшка вроде бы как обещал ему в удел Звенигород, а Василию – Углич.
– Конечно, с вашего, великого князя, согласия, – поспешно добавил Василий.
– Да уж спорить не буду, – заверил Егор. – Может, и сам вам удел подкину.
– Вот-вот, хорошо бы! – пригладив непослушный вихор, Дмитрий перекрестился и затряс головою. – А мы уж не подведем!
Дядьку своего, московского князя Василия, племяннички откровенно презирали, как и кузена, тоже Васю, будущего Темного.
– Не князь, а какая-то рыбина! Скользкий, себе на уме, – горячился Дмитрий. – Да и Васька малый таков же. По уму – батюшка наш, князь Юрий, Москву бы должен наследовать, коли Василий милостию Божьею помре.
– Вот-вот, – Вожников поднял кубок повыше. – Москву, а не Нижний! И почто только батюшку вашего туда понесло? Может, подбивал кто? Подзуживал?
– Ага, его подобьешь, как же!
Юрий Дмитриевич, звенигородский и галицкий князь, в тяжелом чешуйчатом панцире, с непокрытою головою, опираясь на меч, стоял на высоком холме над Унжей-рекою, с удовлетворением осматривая собственный флот – мощные ладьи-насады, полные воинов, готовых умереть за своего господина. По крайней мере, хотелось в это верить – что готовы… Конечно, ежели б был супостат, вот татары бы или еще кто, как вот не так-то и давно, к примеру, Едигей. Нижегородские же князья, честно говоря, супостат слабый, да и не они нападали первыми. Конечно, князь потратил немало денег для того, чтоб раскрасить образы врагов – Ивана и Данилы Борисовичей – самыми черными красками: и злодеи-то они, и Едигею вроде как помогали, когда он русские земли громил, и постоянно людишек воинских посылают, нападают, гадят исподтишка, хотят все галицкие земли под себя подмять, вот-вот нападут – и тогда горе, горе! Вот за родную-то землицу и надобно нынче постоять, от злодеев оборонити.
Все словеса эти действовали уж на совсем зеленую молодежь, ратники постарше, поциничнее, предпочитали не патриотические призывы и словеса, а вещь куда более конкретную и приятную – деньги.
