Автор
Зима пришла неуверенно, как вялая танцовщица, и ее каждое движение вызывало опасения: дороги превращались в апельсиновое море, застилавшее шоссе. Ожидание праздников казалось нереальным при столь хмурых погодных новостях. Вдова Мария, одна в республике, чувствовала себя особенно отчаянно....
Если, скажем, ночью был задержан подозрительный субъект с автомобильным колесом, которое, как он утверждает, принадлежит ему с детства, и если инспектор угрозыска почему-то не поверит его словам, то он утром первым делом прочитывает сводку и обычно находит там следующее:
«Обокрадена машина ВАЗ-2101. Вор взломал багажник, забрал комплект инструментов и запасное колесо».
«20-го вышла из дома и еще не вернулась Жирак Мудите Петровна, рождения 1947 года. Заявление о розыске подал муж».
Полковник позвонил капитану, который получил заявление.
— А у вас есть ее фотография? — спросил Конрад.
— Она была у мужа с собой, но он обещал принести еще.
— Где она работает? Вы говорили, но я пропустил мимо ушей.
— Товароведом на складе готовой одежды.
«Так вот откуда у парня из „Фоторекламы“ шикарная рубашка, — подумал Конрад. — Вовсе не из магазина, а со склада».
— Мне нужны все данные о Мудите Жирак, — спустя несколько минут приказал он Бертулису. — И фотография. Наверняка нам придется объявить всесоюзный розыск, ты лично отвечаешь за то, чтобы имелась самая подробная информация.
— Понял, товарищ полковник! — вытянулся Бертулис. Обычно он держался сутуло, смущаясь своего роста, поэтому сейчас выглядел весьма внушительно.
— Ну, конечно, — проворчал Конрад, — тебе сверху самому должно быть лучше видно.
Как только Бертулис вышел из кабинета, вошел дежурный — доставили Валдера.
Два дня, проведенные в изоляторе временного содержания, сказались — хорошо ухоженное лицо приобрело желтовато-серый оттенок, и еще темнее стали висячие усы. Глубоко запавшие глаза горели ненавистью. Глядя, как Ульф заполняет протокол допроса, он так сильно заламывал пальцы, что суставы трещали.
— Прежде чем мы начнем разговаривать официально… — Полковник на минуту прекратил писать. — Может быть, у вас есть какая-нибудь просьба?
Валдер упрямо покачал головой. «А я тоже хорош, не поинтересовался, с кем его посадили», — попенял себе Конрад.
— Может быть, вы хотите дать дополнительные пояснения?
Валдер вновь покачал головой.
— Ваши жесты я не могу зафиксировать на бумаге. — Конрад отложил ручку, встал и пошел к сейфу за прежними протоколами. Он заметил, что Валдер внимательно следит за ним насмешливым взглядом победителя, однако сделал вид, что не замечает этого.
— Товарищи по камере научили вас молчать на следствии? Глупый прием.
